Вармастер. Боярская стража

Взгляды десятков присутствующих синхронно развернулись на поднявшегося из-за стола возмутителя спокойствия – ко мне уже приближался широкоплечий мужчина в серо-голубом парадном мундире. Идет уверенно, на смуглом лице неприятно блестят близко посаженные глаза, черные лоснящиеся волосы стянуты в тугой хвост на затылке; погон нет, на черном воротнике-стойке две волчьи головы.

Странный мужчина явно вызвал среди других гостей негативные эмоции. В отличие от юноши, который посмотрел на возмутителя спокойствия с приязнью.

Я расшифровал часть его мыслей – передо мной риттмайстер Божидар Шлогар, граничар фрайкора Австрийской императорской армии, командир приданного Северной Экспедиции эскадрона бригады «Фламхандер». Или, если попросту, резун Дикого поля.

– Мы привезли вам подарок, ваше королевское высочество, – подойдя ближе, хрипло произнес риттмайстер Шлогар. После его резкой команды на незнакомом мне языке в поле зрения появились двое резунов-граничар, ведя закованную в кандалы нагую девушку – по коже ее шла растительная вязь татуировки, слабо отсвечивающая зеленым.

По залу прокатился громкий вздох удивления – и что-то мне подсказывает, что это та самая нелюдь, которую призывал недавно бить гражданин во фраке. Не знаю, какую опасность может представлять пленница, но сейчас она казалась беззащитной. Девушка была совсем юна, невысокого роста – не доставала макушкой даже до плеча своим конвоирам.

– Принцесса-наследница Двенадцатого Дома, – представил пленницу Шлогар.

– Вчера отловили тварь, ваше королевское высочество.

По залу прокатился еще более громкий гомон голосов. Офицеры, дамы и чиновники смотрели на пленницу со смешанными чувствами. Во взглядах я замечал интерес и равнодушие, злорадство и злобу, даже ненависть, но пока не видел жалости.

– Бей нелюдь! Бей! – вновь выкрикнул боевой гражданин во фраке, поднимая кубок аж в прыжке, так что длинные фалды фрака взметнулись.

Выглядело несколько нелепо, по-клоунски. Крику в этот раз уже почти никто не ответил – возгласы раздались совсем разрозненные, в основном от оживившихся и отбросивших скуку стайки молодых бонвиванов; похоже, компания друзей в свите юного алкаша.

Который сейчас подписал себе приговор – осушил все же кубок и бросил его на пол. Кроме понимания, что нам конец, у меня внутри все перестегнуло от такого отношения – кубок золотой, от падения край заметно согнулся, а из оправы выскочило несколько камней.