Вармастер. Боярская стража

– хрипло произнес Шлогар. – Колдуют эти твари жестами и голосом. Нет-нет, они не произносят заклинания, просто в процессе колдунства повторяют мантры для внутренней концентрации, особо умелым из них рот даже не нужен. Чтобы гарантированно лишить вейлу возможности колдовать, есть пара способов. Нужно либо сковать им руки, либо… – с этими словами риттмайстер протянул руку, и один из рядовых резунов вложил ему в ладонь изогнутый ятаган в массивных ножнах.

К этому моменту в животе я уже начал ощущать все нарастающее болезненное жжение, но пьяное тело пока не обращало на это никакого внимания, едва не прыгая в предвкушении.

За спиной же его высочества возник удивленно-испуганный гомон, выражающейся в общей мысли: «Но не будем же мы ей руки рубить…»

– Не будем, мы же не варвары какие, – в ответ на беспокойство зрителей коротко рассмеялся Шлогар. – Да и без рук ведьмы не способны хорошо служить, смысл подарка теряется. Способ простой, именно из-за него нас называют резунами: для того, чтобы лишить любую ведьму дара, достаточно сделать небольшой надрез.

Но простое оружие для этого не подойдет… – Шлогар извлек из ножен изогнутый ятаган, который на свету заметно источал темно-серую дымку.

– Скверну выжигаем скверной. Вот почему клинок такой большой, иначе металл не соединить с сумрачной мглой, – громче прозвучал хриплый голос резуна. – У всех ведьм к небольшому количеству скверы иммунитет, после метки они выживают, но колдовать больше никогда не могут.

Порез нужно сделать от виска вниз, вот так… – пальцем показал Шлогар изогнутую линию, проходящую по щеке и спускающуюся к уголку губ.

Такой порез, если достаточно глубок, повреждает тройничный нерв – понял я, вспомнив вдруг классную аудиторию и обучающий плакат. Это оказалось одним из первых лично моих знаний – больше о себе я пока ничего не помнил, но сейчас это было и неважно. Юному телу, в котором я находился, оставалось совсем недолго. Оно, впрочем, об этом не подозревало, заметно воодушевившись – реально фанат резунов и их методов, вдруг понял я, ухватив еще часть чужих воспоминаний.

Дуга, молния, три полоски – его высочество прекрасно знал отличительные знаки, которые, словно автографы, оставляли особо прославленные резуны на чужих лицах, которые не всегда принадлежали ведьмам. И кто тут из присутствующих нелюдь – еще очень большой вопрос.

Взяв у риттмайстера Шлогара ятаган, юноша расплылся в улыбке.