Вармастер. Боярская стража

Вопрос брака не моя прерогатива, а выбор невесты будет осуществляться чужой монаршей волей не по любви, а по расчету. Так если на ситуацию взглянуть, все проще становится? – щеку уже всю жгло огнем, и я с трудом сохранял лицо, сдерживая гримасу то ли боли, то ли сопутствующего раздражения.

– Да. Нет. Не знаю, – Арина закусила губу, посидела в молчании полминуты, потом вскочила и торопливо вышла из комнаты.

Отлично. Даже не попрощалась. Ладно, надо будет потом с ней еще раз поговорить – подумал я, закрывая оставленную распахнутой дверь.

Хорошо еще, что она пока не вспомнила свои ощущения, когда во время нашего близкого общения в ней была магическая сила, скажем так. Наверняка же ощущения отличные от обычного состояния, и рано или поздно она об этом вспомнит.

Едва я опустился обратно в кресло, в дверь снова раздался стук. Очень уж выверено-аккуратный, словно человек за дверью напряжен как натянутая струна. Неужели вспомнила? Когда открыл дверь, в комнату ввалилась Маргарет.

– Уля-ля! – окинула она мой наряд в стиле «только что из ванной». – Что это за деффка к тебе прихот-тила?

Вопрос ответа не требовал – Маргарет уже прошла вглубь апартаментов. Закрывая дверь, невольно провожал ее взглядом. Смотреть было на что – несмотря на опьянение, двигалась Марго грациозно. Да и наряд примечательный – алое атласное платье с высокими боковыми разрезами, открытыми плечами и глубоким декольте. В одной руке Марго несла маленькую сумочку, в другой пузатую бутылку вина, которую сейчас со стуком поставила на низкий столик в курительном углу.

– Бокалы найдешь?

Не дожидаясь ответа, Маргарет плюхнулась на низкий диванчик – я не хотел, но увидел, что нижнего белья на ней нет. Закинув ногу на ногу, чтоб я уж точно удостоверился, достала из миниатюрной сумочки сигариллу, вставила ее в длинный-предлинный тонкий мундштук. Прикурила, несколько раз щелкнув зажигалкой. Неглубоко затянувшись, дама-воспитательница откинулась на спинку и широко расставив руки, чуть поменяла позу, сев боком так, что теперь одно бедро было оголено почти до самой талии.

Что у трезвого на уме, у пьяного на языке – есть такая поговорка. Иногда на языке тела. Но вот сейчас искренности заметно нетрезвой Маргарет я не верил ни капельки. Несмотря на развязное поведение и некоторый задор, она прекрасно себя контролировала – намеренно создавая ауру вызывающей сексуальности.