Вармастер. Боярская стража

Отвернувшись, он взял сертификат Маргарет и после проверки на подлинность – как недавно в оружейной лаборатории, начал обмерять уже ее. Перед началом процесса повторив пафосный жест с закидыванием челки, которая конечно же ни на волосок не сдвинулась.

В ходе снятия мерки Петер, кстати, ни разу не взглянул целенаправленно в вырез Марго. Профессионал. Портной не смутился даже тогда, когда она – совершенно неожиданно, вдруг приложила ладони к груди по бокам и надавила, сдвигая и визуально увеличивая форму. Посмотрел Петер на это наклонив голову, изучая представленное зрелище, а поднял взгляд тогда, когда Маргарет ему что-то сказала на шведском.

Ответил, она пояснила, еще раз сжала грудь, визуально увиливая размер.

Смысл беседы я понял постфактум. У нее и на белом платье пуговицы не застегиваются, то есть она изначально отшивает себе некоторые вещи так, чтобы груди было тесно. По ходу разговора Петер между тем менялся лицом. И смотрел он при этом не на волнующие полушария. Присмотревшись сначала к Маргарет, после перевел взгляд на меня.

Потом снова на нее, потом снова на меня.

– Могу я поинтересоваться, ваше благородие, откуда вам пришлось… ээ… экстренно менять место жительства? – вдруг охрипшим голосом поинтересовался портной.

– С севера, – просто ответил я.

Маргарет что-то добавила по-шведски, после чего Петер вдруг склонился в глубоком поклоне.

– Ваше королевское высочество, прошу простить мою невнимательность. Выражаю вам искренние соболезнования…

Далее Петер от волнения перешел на шведский.

Я покивал, поджав губы – стыдно, я словно обманом провоцирую чужие эмоции. Мне было абсолютно все равно и на его королевское величество, и на убитого короля, а вот человек передо мной говорил искренне, через себя слова пропускал. Маргарет, отвлекая Петера от меня, уже вступила с ним в беседу. В которой я участвовал тем, что молчал и делал вид, что все понимаю. Продолжался наш такой разговор несколько минут, после чего мы с портным распрощались и вышли из ателье.

– В самое ближайшее время он сошьет тебе четыре мундира – необходимый минимум, запишет в долг с открытой датой погашения, – сообщила мне Маргарет уже на улице, пока мы в машину не сели.

Неплохо, очень неплохо.

– Слушай, как ты думаешь, в каждой Академии своя утвержденная униформа?

– Не знаю, – покачала головой озадаченная Маргарет. – А что?

Я только вздохнул. Если меня выкинут из этой Академии и переведут в другую, лишние пять сотен целковых отдавать будет грустно.