Скуф. Маг на отдыхе 2

— Проверю? — спросила Шестакова.

— Конечно, проверь.

Шаманка широким шагом пересекла гараж, взялась за брезент ближайшей кучки, сорвала его и:

— О-хо-хо-хо! — аж запрыгала на месте. — Нихрена себе!

Ну да…

И впрямь нихрена себе. И впрямь приятно. Константин Оскарович, сам того не зная, оставил в наследство нам целый… эээ… снегоходопарк?

Короче говоря, под брезентом скрывались снегоходы. Новенькие и блестящие, даже близко муха не садилась. Аж целых десять штук. Не знаю, где буду всё это хранить, но что-нибудь придумаю, потому как продавать…

Не-не-не, не хочу я их продавать!

Не то чтобы я не мог позволить себе снегоход, но это как раз та самая приколюха, о которой я почему-то постоянно забывал.

Ну а тем более десять. Да и сезон уже не за горами. А поле рядом с Удалёнкой — самое то, чтобы покататься на такой вот приблуде. Ветер в ушах, снег в харю, в нагрудном кармане фляга с коньяком, и весело тебе так, и хорошо, и вольно.

Я аж в красках себе всё это представил.

Загорелся, прям не потушить теперь.

— Алло, Кузьмич? — набрал я своего камердинера.

— Да, Василий Иванович. Искренне прошу прощения за своё неловкое молчание, но я так и не смог понять, что такое «антагонистическая люстра». Ходил, спрашивал по соседям, но они тоже не в курсе. Вам нужна какая-то особенная люстра?

— Нет, Кузьмич, мне нужен небольшой ангар, — ответил я. — В идеале на территории Удалёнки. Сгоняй-ка, если не занят, к председателю и уточни, свободен ли тот заброшенный коровник, в который мы хотели девок заселить.

Девки мой разговор невольно подслушивали и от этих слов начали как-то странно на меня коситься. Я им не рассказывал разве про коровник?

— Как скажете, Василий Иванович, — ответил Кузьмич. — Уже бегу.

— Ах да! И ещё. Прикинь несколько раскладов конвертации баллов в рубли и распиши мне свои мысли на этот счёт.

— Конечно, Василий Иванович.

— В идеале надо как-то так подгадать, чтобы и не слишком много было, но и не на мороженку. Представь, что бюджет предназначен сугубо для улучшения жилищного пространства и придомового участка.

— Без проблем, Василий Иванович.

— Ну всё, Кузьмич, давай. Скоро дома будем…

***

Всё время поражаюсь, как быстро делаются дела, когда мне по-настоящему что-то припёрло.

Не прошло и получаса, как я уже проинформировал Гринёва о своих претензиях на снегоходы, вызвал грузовое такси, созвонился с председателем на предмет коровника и даже нашёл рабочих для того, чтобы этот самый коровник в божеский вид привели.