Скуф. Маг на отдыхе 2

И к слову, как же вовремя образовалось это соседство, словами не передать. Теперь синдром отмены по Анфисе мне точно не грозит. Слово за слово, и подружимся с Нинель так, что не разлей вода.

Так…

Ну да ладно.

Геологов я до места доставил и вернулся к делам насущным. Пока я мотался до Сакраменто и обратно, альтушки вместе с Кузьмичом уже собрали весь урожай кабачков, а курьеры из Тайной забрали его и увезли.

Бон аппети, Ваше Величество. Кушайте, как говорится, не обляпайтесь.

Кузьмич к моему возвращению уже окончательно оклемался и теперь дремал в гамаке.

Потому как они у меня не занятые, а должны быть занятыми. Вся эта череда забавных совпадений, по воле которых мы скачем то тут, то там, — это, конечно, понятно. И очень здорово; будет что вспомнить и внукам и рассказать.

Однако! Не стоит забывать, что они у меня тут вообще-то на практике, а не в гостях.

И кстати…

Изрядно меня заинтересовал вопрос относительно сроков этой самой практики. Понятное дело, что нужно было поинтересоваться этим гораздо раньше — а ещё лучше, что называется, договориться с Величеством «на берегу» — но вот уж как вышло.

Вроде как лето уже прошло, листья полетели, «День знаний» наступил. А за парты девки не спешат.

— День добрый, кадеты, — поздоровался я.

А кадеты тем временем занимались тем, что ворочали диван по гостиной. Взяли себе чуть ли не самую здоровенную дуру из всего магазина, вот теперь и не могут её нормально пристроить.

— Здравствуйте, Василий Иванович, — вразнобой покричали альтушки, не отрываясь от меблировки комнаты.

И мне, по правде говоря, это не очень понравилось. Разбаловались. Того и гляди, на шею сядут. А потому:

— Кадеты! — рявкнул я. — Построиться!

А, нет, не разбаловались. Среагировали быстро, безо всяких возражений и каких-то-не-таких взглядов. Аж домотаться не до чего.

— Кадеты, у меня к вам назрел один очень важный вопрос, — я решил не ходить вокруг да около и сразу перешёл к главному. — Когда вы отсюда свалите? Отвечает кадет Стеклова.

— После окончания практики, Василий Иванович! — отчеканила Танюха, глядя мне куда-то поверх плеча.

— А когда закончится ваша практика?

— Практика рассчитана на весь учебный год, Василий Иванович! Вплоть до выпускного экзамена следующим летом!

От таких вестей у меня аж сердечко ёкнуло.