Гром Раскатного. Том 1

Он вообще ничего не чувствовал и,похоже, ничего не думал.

Тварь, которую он превратил в кашу, была ветробором. Эдакая кошка-переросток с рогами. И учитывая, с какой силой Шурупыч пытался оторвать ей хвост, добычи оставалось не так уж и много.

Остатки демоноида я распотрошил быстро и стал счастливым обладателем нескольких ценных органов: рога, клыки, печень и поджелудочная. А также мне удалось выковырять камушек, который хранился ниже сердца. Только камень был не таким, как Камень Сияния в крокодиле, и имел другие полезные свойства.

— О, — я встал, поднял руку и посмотрел на блестящий минерал в лучах солнца. — Витаминка! Сойдет, хоть организм можно укрепить.

Добычу закинул в пакеты и мешок, хлопнул голема по руке, приговаривая: красавчик, и вместе с ним отправился обратно, в сторону грузовика. И на обратном пути снова пришлось отваживать очередную группу Устранителей.

Загрузить голема в грузовик не стало проблемой, хотя задняя ось сильно накренилась и грузовик чуть было не встал на дыбы.

«Давай-ка, подвинься чуть вперед, — приказал голему.

— Пока на козла не встали!»

Слушая металлический скрежет за собой, я наблюдал за тем, как морда грузовика возвращается обратно на дорогу. Мы отъехали от леса и направились в сторону дома.

Голему дом понравился! Он зашел в него без проблем, а затем показал мне, насколько он невоспитанный и неповоротливый.

Шурупыч первым делом снес дверную коробку в коридоре, потому что не знал, что есть двери и их нужно открывать на себя. А затем проломил пару досок под своим весом.

Это большое недоразумение пришлось водить чуть ли не за руку, чтобы он спокойно вышел на кухню, ничего больше не разнеся.

Крышка подвала, благо, оказалась большой, так что спустить голема под землю было легче, чем научить не ломать все на своем пути. После пришел черед небольшой уборки. Камни и деревянная арка двери были выброшены на улицу, восстановлением «двери» я займусь позже.

Затем я нашел тряпки в коридоре, смочил их водой и понес голему.

— На, вытирайся, — я протянул железяке ком тряпья.

— И задницу тоже, а то вся в крови ветробора! Ты на нем сидел что ли?

— Тырды-дых, — затарахтел голем.

Голем не знал, что значит вытираться. Он протянул руку, схватил тряпье и сжал так, что моментально выжал из него всю влагу.

— Да что б тебя, — заворчал я и направился заново все смачивать.

Вернувшись, я наглядно ему показал, что нужно делать. Шурупыч затарахтел что-то недовольное и начал скрипеть, обтирая все места, до которых он мог дотянуться.