Вернуть Боярство 15

— Радуйся, дурень, что это я услышал, а не кто другой, иначе не поглядели бы, что молодой да на хорошем счету — отделали бы, как бог черепаху! Мне не веришь, вон, у девок поинтересуйся, что с тобой их старшая бы сотворила за подобное!

В ответ на вопросительный взгляд парня одна из девушек, опустив здоровенную кружку медовухи, неспешно заговорила:

— Алтынай наша нам про барина много рассказывала, это да. И, честно сказать, что тебя, Федя, что тебя, Макс — услышь она вас, прикончила бы на месте, даже выяснять бы ничего не стала.

Предана она ему так, что меж девок у нас шепчутся, что влюблена в него… Но как бы там ни было на самом деле, но он первым протянул таким, как мы, руку помощи и взял под свою руку. За одно это я уже ему готова простить любые недостатки.

— Да чего ж в нем такого-то? — не понял Макс. — Чего вы так за этого субчика заступаетесь, который свои земли, которые он обязан защищать всеми силами, бросил и отправился невесть куда, забрав сильнейших магов, половину гвардии и все боевые корабли?! Оставь он которые, замечу, нам бы втрое легче было бы эту весну пережить! Ну а что вас под руку взял… Так всем известно — это решение уже сама Алтынай приняла с Советом Рода, потому что иначе не отбились бы от всей прущей сюда погани.

И ещё неизвестно, что будет с вами, когда он вернется!

— Он улетел отсюда не по своей воле, — пояснила вторая мара. — Как говорила старшая — государев приказ о мобилизации плюс личное указание самого Павла Александровича.

Нужно было минимум несколько Архимагов от нашей губернии, что бы отбить занятые врагом земли, вот его вместо второго Архимага и отправили — так как он, ещё будучи Старшим Магистром, уже Архимагов бивал.

— Да быть не может, — усомнился волколак Федор. — Не бывает такого!

— Бывает, — снова влез маг-гвардеец. — Я своими глазами видел, как наш барин бьется. И уж будь уверен — второго такого боевого мага во всем свете не сыщется.

— Это с чего я должен в подобное поверить? — поднял брови Макс.

— То, что ты в своем глухом медвежьем углу света ни видывал, ещё ничего не значит. Уверен, маги из Великих Родов ему составят достойную конкуренцию.

— Дурак ты, парень, — заявил гвардеец. — Парню восемнадцать было, когда он нас против нолдийцев вёл. И уже тогда — Мастер, да ещё какой! Он грудь в грудь сходился с двумя, а бывало и тремя-четырьмя двурогими уровня Мастера, и ни разу не то, что не проиграл — даже не отступил.