Рыцарь Резервации

– Мы едем прямо по воде, а суши совсем не видно!

Он, конечно, немного преувеличил – мы ехали по мосту, и он протянулся от суши до суши, и прямо через этот пролив, разделяющий два континента.

Прежде чем отправиться в путешествие, мы с Меттой изучили карту: на «Урагане» нам предстояло пересечь всю страну, и почти в самом финале путешествия поезд ждал этот гигантский мост, соединяющий два мира.

Мы покидали Старый Свет и мчались в Новый – кажется, так они назывались. Чукотка оставалась позади, и мы на всех парах мчались на Аляску, которая была последним рубежом Российской Империи.

На ее территории находилась одна из самых опасных и малоисследованных Резерваций. Ее порядковый номер был семнадцатый, а в народе она носила неофициальное название – "Амерзония".

Мои мысли прервал стук в дверь. Женя открыл, и на пороге показалась Тома.

У нее тоже видок был довольно странный.

– Прошу прощения, ваше благородие, – сказала она, опустив глаза в пол. – Но там…

– Точно, – хлопнул себя по лбу Женя. – Чего я пришел-то! Илья, тебя срочно спрашивают в теплушке! Кажется, твоя птица проснулась.

– Моя… Птица-юд? Проснулась?!

– Угу, – кивнула Тома. – И, кажется, она плачет.

Глава 8

В теплушке было брожение. Поначалу мне показалось, на очередной станции к ним подсадили еще сотню человек, но люди просто перебежали сюда из теплушки, за которой и располагался грузовой вагон, куда сердобольный хозяин “Урагана” погрузил «мертвую» птицу.

Мое появление простолюдины встретили довольно эмоционально и накинулись со всех сторон:

– Ваше благородие, уймите вашу птицу!

– Она кричит и кричит и пугает наших детей!

– Еще не хватало, чтобы она выбралась оттуда и сожрала нас! Этот юд поди голодный!

– Выкиньте ее к черту, зачем вам эта рухлядь?!

– Так тихо! – растолкал я их плечами.

– В сторону! Дайте мне посмотреть!

Протолкнуться через плотную, гомонящую толпу оказалось делом нелегким. Набит вагон был так плотно, что люди едва могли сесть.

Яр с Томой помогли разогнать самых взволнованных граждан, и скоро я протиснулся в пустую теплушку.

Вернее, в не совсем пустую.

– Эй, а что ты делаешь тут, маленькая? – подбежала Тома к девочке в красном платье, которая сидела под дверью, и взяла ее за руку. – Где твои родители? Ты аристократка?

– Неть, – буркнула девочка себе под нос.

– Врет, – заметила Метта, – одета точно не как простолюдинка.

Пока Тома выясняла, что это за девчушка, я подошел к двери и прислушался.

Оттуда действительно раздавался…

– Женский плач? – нахмурился я.