Я князь. Книга XVIII

Я впервые ее видел, и она произвела на меня неизгладимое впечатление мудрой, но при этом очень остроумной женщины. Она знала, когда можно пошутить, а когда и остаться серьезной и даже немного пожурить своего кудрявого друга. Я заметил, как она с недовольным видом что-то высказывала Пушкину, а тот только кивал как маленький ребенок, а потом поставил бокал шампанского на стол.

В это же время приехала и работница ЗАГСа. Такое ощущение, что у них там свой отвратительный дресс-код. Пиджак с высокими плечами, как у генералов, прическа словно меренговое бизе.

Видно, она не догадывалась, какие будут гости, и вышла к нам аки госпожа, но, натолкнувшись на посла Фанерова, тут же присмирела.

***

Полтора часа до церемонии.

Черный лимузин под управлением Даниилы заехал во внутренний двор с “черного” хода. Мария и ее подружки явились.

– Н-да… я думал, взглянуть на нее хотя бы одним глазком, – вздохнул я, болтая с Димой, Светой, Виолеттой и Антоном.

– До свадьбы – плохая примета, – помахала пальчиком Лора.

Спорить я не стал и направился к месту встречи гостей.

Подъехала большая машина с гербом Нахимовых, и первым вышел адмирал Петр Борисович, весь в белом. Он открыл заднюю дверь и выкатил на коляске красивую женщину, хоть и немного болезненную на вид. На ней было белое платье.

– Кажется, предсказание сбылось, – прошептала Лора, вспоминая рисунок Лизы.

Нахимовы подъехали ко мне.

– Михаил, позволь представить тебе мою обожаемую супругу и маму Светочки, – графиню Нахимову Изабеллу Владимировну!

Адмирал сиял. Должен признать, выглядели они очень красиво.

Я подошел, встал на одно колено и по правилам этикета поцеловал женщине руку.

– Очень приятно с вами познакомиться, – искренне сказал я.

– Взаимно, Михаил, – она перехватила мою руку и наклонилась. – Я так и не успела поблагодарить вас за спасение моей дорогой дочери, так что надеюсь, наши подарки вам очень понравятся.

– Для меня уже подарок, что такая уважаемая семья посетила это скромное место, – ответил я.

– Ох, Михаил, вы тот еще скромняга! – прикрыв ладошкой рот, она захихикала.

После того, как они ушли к столам, где довольный Кутузов громко поприветствовал своего старого друга, я обратился к Лоре.

– Анализ. Что с ней?

– Очень страшная картина. Ее внутренние каналы как будто порвали на миллионы мелких кусочков.