Травоядный. Том I

Он медленно забил травы в трубку, поджег лучиной, затянулся, томно выпустил лиловый дым, поднимая градус ожидания, — И он бросает вызов богам! Или желает стать равным им! Или вовсе захватить небеса, лишив каждого из них жизни! Но в каждой легенде боги остаются глухи к его просьбам, объявлениям войн, угрозам. Для них он лишь смертный, и век его пройдёт — для них как миг.

— Да-уж! Стоит ли тогда напрягаться, давить эту букашку! — пьяным басом кричал медведид сквозь храп.

— Нет равных на земле, иду на небо! Встряхните знамёна, вставайте строй — единым воинство, миром всем за мной! — пропел бард.

— Да, так, да… Воинство его состояло не только из покорённых народов…, но и из иных созданий… — он вновь затянулся и в этот раз закашлял, взгляд его стал туманным, — Созданий не божьих, порождений магии — сильной и великой, даровавшей ему бессмертие, а армии его силу невиданную прежде.

— Сойдитесь со мной в битве великой — дайте бой, и я увижу цвет крови божьей! — пропел бард, — Слаб я для вас, отцы? Так покажу я вам дар жизни невиданной! И каждая тварь ползающая! Птица летящая! Да зверь ревущий! Каждый встанет в мой строй как единый!

— Ты же не хочешь сказать… — нахмурившись спросил тигрид, понимая, к чему ведёт Шептун.

— Я ничего не хочу сказать… — пожав плечами равнодушно ответил Шептун, — Описаний его воинств нет. Только одна строфа: «И не было в землях тех ни одной твари от божьего пальца — лишь магам рождённые. И разум их навсегда застыл на грани между божьим и низшим».

— И боги… они ушли из мира… — сказала невысокая лисида, в простой одежде, но с ясными умными глазами.

— Оу, вам знакома эта легенда? — с улыбкой сказал Шептун, вновь затянувшись и выпустил из ноздрей лиловый дым, — Им на смену явились другие боги, те, что теперь правят на наших землях.

— Так! Это! — пытался что-то сказать медведид, — Получается, эээ… Богами, пришедшими на смену ну тем! Может быть и Дигор? Да, а? Шептун!!!

— Вполне, — пожал плечами он, и вновь затянулся, — Только это лишь легенда, одна из десятков похожих и не очень.

— А боги не уйдут снова? — неожиданно для всех спросил олененок.

— Не бойся, малыш, не уйдут, если не разочаруются. — ответил ему отец.

— И если кто-то вновь не решит бросить им вызов… — с насмешкой сказал козёл, явно преисполненный скепсисом.

Но остальные не улыбались, а только потянулись к стаканам, и молча выпили за богов, каждый за своего. Искренне веря, каждый — в свою правду.

Глава 4.