Травоядный. Том I

Вонь горелой шерсти и плоти распространилась между шеренгами куда сильнее нежели в прошлый раз, но никто не двигался, словно понимая: дело сделано — мы уже не так полезны. Да и кандалы они не замкнули обратно, те всё ещё валялись у ног каждого, дразня попыткой сбежать.

— Это был очевиднейший исход, ничего не сказать, — пожал плечами Фиро, его обгорелая рука, светящаяся алыми разломами, медленно гасла. — Вам известно — лентяи и трусы не достойны жить на земле Дигора первого хищника, первенца Всесоздателя! — сказал он возвышенно, и может другие не поняли, но я уловил в его интонации — и комичность, и усмешку, и раздражение, — Хорт, а что там по тому парнике что нас задерживал? — он взглянул на меня, а я на него, не отводя глаз от его безвеких глазниц.

— Стоять двадцать шесть плодов. — коротко ответил койотид и поклонился, он вообще постоянно кланялся.

Я выдохнул. Мне всё ещё хотелось бы прожить немного дольше, и умереть не так глупо. Хотя, судя по тому, как тут обращаются с подобными мне — это будет куда труднее чем я представлял.

— Ладно, зайки, пора домой. Вы знаете, что делать, —сказал Фиро.

Мы вновь надели кандалы, а те сами по себе сжались у нас на ногах. А в это время, сбоку показалась другая группа зайцев, с громадными рюкзаками-мешками за спиной. Выходит, не нам тащить это всё. Хотя я не очень понимал, с чего они проявляют такое милосердие. Куда выгоднее было бы использовать нас, ведь всё равно назад идём. Но вот только стоило мне сделать шаг, как я всё тут же понял…

Ноги казались каменными, тяжёлыми и неподвижными.

Мне приходилось прикладывать все силы что бы просто идти, правя словно чужими конечностями, ещё и совершенно не подходящими. Голова начала болеть, вески пульсировать, озаряя разум вспышками. Я чувствовал, как падает давление, словно я вот-вот потеряю сознание, кровь стыда в жилах.

— Как тебе отдача? — с улыбкой спросил Алем.

— Будто не срал три недели, а если посру — сердце остановится.

— красочно описал я свои ощущения.

— Хахаха! А вот это хорошее сравнение! — засмеялся долговязый, — Стрёмно в первый раз, кажется, будто вот-вот лапки опрокинешь. Но не боись, если ещё не помер, значит всё будет нормально. Ты вообще никогда меры не знал.

— Хочешь сказать, что от этого дерьма реально можно сдохнуть? — спросил я нахмурившись.

— Естественно. Твоё нутро разгоняется до предела, и стоит немного за него заступить, и всё.