1. Протокол "Наследник"

— Вы мыслите масштабно, с размахом, и для одаренного это полезное качество. Лэн Рамн, вам есть что добавить к рассказу ваших коллег?

Еще один ставленник Босхо бодро подскочил со стула.

— Никак нет, лэн!

— Садитесь оба. Лэн Арн? Лэн Корс? Лэн Оми… Может, у кого-то остались вопросы по теме? Нет? Тогда мы более подробно остановимся на направлении запрещенной магии и начнем, пожалуй, с техномагии, поскольку это направление вызывает наибольшее количество вопросов. В первую очередь, потому, что запрещены лишь некоторые его подразделы, тогда как остальные, напротив, очень активно развиваются.

Он снова щелкнул по экрану над столом, и картинка на доске тут же сменилась.

— Итак, коллеги… открываем учебники на странице тридцать два и внимательно читаем. В категорию техномагии относят два магических направления: магическое конструирование и магическое программирование. К магическому конструированию, в свою очередь, относят такие разделы, как големостроение и артефакторику. А вот с программированием все не так однозначно, потому что, как вы видите, здесь имеются целых три подраздела: классическое программирование, ментальное программирование и создание независимых интеллектуальных систем, однако последний пункт помечен запрещающим значком.

Но давайте начнем с того, что попроще…

Лэн Штассэ отошел от парты и принялся обстоятельно, с примерами рассказывать, начиная с определения слова «конструирование» и заканчивая тем, какие виды магии традиционно соотносятся с этим термином, что такое големы, какие типы встречаются и где чаще всего используются.

Информация полезная, не спорю, но в учебнике она была почти целиком, поэтому, по сути, учитель сейчас цитировал раскрытую передо мной книгу.

Я поначалу даже не понял, зачем мне ее читать или следить за мыслью лектора, если я и так все прекрасно слышу, однако потом лэн начал делать отступления, дополняя официальные данные и давая интересные исключения, о которых в тексте не говорилось.

После чего я увидел, как время от времени соседи делают пометки прямо в учебнике, услышал от учителя несколько риторических, словно бы случайно заданных вопросов и запоздало сообразил, что к чему.

Ну да. Если я сейчас отмечу спорные или особо важные моменты, то потом смогу в библиотеке уточнить то, в чем не разобрался сразу. Более того, на следующем занятии с нас эти вещи непременно спросят, не зря лэн Штассэ так многозначительно сейчас улыбался.