1. Протокол "Наследник"

Разбитая утварь. Следы грубых сапог на утоптанной земле…

Вот только трупов нигде не было, и это несколько озадачивало.

Хотя нет. Один труп все-таки нашелся — старика, который меня сюда довез, я обнаружил за дальним домом, причем бедолага был не застрелен, а жестоко загрызен, да еще и выпотрошен. Полагаю, тем самым крогом, которого я недавно убил. Так что мне не показалось тогда — у «пса» и впрямь была окровавлена пасть. А значит, я не зря от него избавился, иначе в противном случае он убил бы меня первым.

Как он еще лошадку-то не загрыз, ирод мохнорылый? Хотя, наверное, ему и деда хватило. А если он и попытался сунуться к рогатой коняге, то небось получил копытом в лоб и отстал. Неудивительно, что лошадь выглядела нервной и даже меня подпускать не хотела.

Еще через некоторое время я все-таки понял, почему в деревне не осталось тел. Как раз после того, как дошел до конца улицы и уткнулся в покосившийся, порядком обгоревший тын. Как оказалось, все местные жители были тут — свалены в одну большую кучу, как какой-то мусор, и сожжены.

Разумеется, за тот месяц, что я провел в медкапсуле, запах гари уже выветрился, некогда бушевавший у забора огонь сожрал с костей почти всю плоть, гарантированно уничтожив трупный запах. Однако при виде заваленной человеческими, частично обгрызенными костями канавы у меня что-то дрогнуло внутри, и я впервые почувствовал нечто, смутно напоминающее ненависть, к человеку, который отдал приказ так обойтись с ни в чем не повинными людьми.

Тэрнэ Ларинэ… повелитель Норлаэна…

Кажется, у меня к нему появился личный счет. И пусть до сегодняшнего дня я не ощущал себя настоящим Расхэ, да и не был им по факту, но теперь мне еще больше захотелось выяснить правду и докопаться до причин того геноцида, что император устроил на землях моего отца.

Единственное, чего я не понимал, это то, почему деревню не спалили так же, как родовое поместье. Но об этом мне, наверное, уже никто не расскажет.

Старику, полагаю, просто повезло, что он жил отдельно, иначе и его бы в расход пустили. Что же касается костей… пожалуй, их нужно похоронить. Негоже останкам лежать под открытым небом, так что их хотя бы сверху землей присыпать стоило.

Мрачнея с каждым мигом все больше, я обошел остальные дома, добыл лопату, перетащил труп старика в канаву и худо-бедно отдал и ему, и остальным погибшим последнюю дань.