Ушедший Род. Книга 3: Неофит

— Вы, господа, пожалуйста, займите кабину рулевого. Мне поговорить нужно.

Турки сразу же выходят из кают компании. И самое удивительное, что переводчик даже подслушивать не хочет. Понимающие, что уж тут. Или просто обучаемые, кто ж их разберет.

— Герр Коштев, доброе утро. Я не рано? Хотя я помню, что вы любите по ночам работать.

— Хе-хе, порадовал старика, хм, да. И тебе, Максим. Сразу скажи девочке, которая с тобой, что ее никто за границу не пустит. И никакое чувство противоречия ей не поможет, — чувствуется, что Коштев даже немного про себя смеется.

— Я же говорил, что помогу.

— Тебя не выпустят из крепости со мной за границу, — тут же передаю Ольге слова Кощея. — Вне зависимости от твоего недовольства.

— Я понимаю, передай. — Недовольно произносит девушка. — Я сама с тобой согласилась, еще до того, как они мне ультиматум поставили.

— Я слышал, отрок, не трудись, — Коштев отвечает сразу. — И интересующимся ее здоровьем сразу же передал. Кроме того, у меня есть вопросы по твоему участию. Но это вы обсудите с куратором.

Он прибудет на твой корабль сразу после посадки. Отдашь ему офицеров?

— Если они будут не нужны в городке турков — отдам конечно. Зачем они мне? — удивляюсь словам Коштева. Надо же, помог. Интересно только как?

— Вот и молодец. Корабль тебе оставят, на это можешь рассчитывать.

— Вильгельм Генрихович, а это я даже с ними обсуждать не буду. Это с боя. По закону он мой.

— Максим, по закону говоришь? Ну что ж обсуди. Они посмеялись бы. Но это не важно. Тут никто тебя ущемлять не будет.

Хочешь владеть — владей. Летать пока не дадут. Капитан-лицеист это все-таки нонсенс, но владеть — можешь.

— «Положение о призах, взятых в морских, или иных баталиях, на меч группой оружной, или иной, магиками создаваемой». От тысяча семисот дремучего года. До сих пор не отменено.

— Максим. К положениям о наемном отряде? Молодец, хитро. Может и пройдет. Не будут твой приз оспаривать. И за двух офицеров тебе очень много бонусов перепадет, поторгуемся. Но денег не дадут.

Весь фонд, что мы сейчас наскребли — на операцию уйдет.

— На какую? — удивляюсь.

— На твою, на твою. Садись, куратора принимай. Ольгу Прозоровскую с охраной с борта высаживай.

— Она сейчас у меня в найме, если что, — подчеркиваю я. — Так что на этот момент, наемный отряд существует, и наниматель я. Зарегистрированный в Доме Охотника. Так что на меня распространяются все положения о наемном отряде. Включая о военных пленниках. Османы — военные, это точно.