Ушедший Род. Книга 3: Неофит

Ангар сейчас в Аспекте становится виден как пустое, холодное пятно впереди меня, с двумя, а нет, с одним уже знакомым мне разумом, примерно с парой десятков разумов метрах в двадцати, а в остальном — пустым. Но не расслабляюсь, скольжу дальше.

О, переводчик. Лежит словно пытался убежать. Ладно, тоже мне дела до тебя нет. А вот до решетки, перекрывающей проход — есть.

Подхожу к решетке.

Сквозь нее почти полностью виден довольно большой зал, скорее всего для торгов. По крайней мере тут есть и подиум, где, кажется, представляют рабов потенциальным покупателям, и стойка для аукциониста, и даже сидений тут можно поставить спокойно человек на сто.

Сейчас в зале относительно пусто.

В центре спиной к проходу стоит знакомая уже фигура в черном. Сейчас она без капюшона, и немного оттопыренные острые уши на лысой голове были бы даже смешными, если бы не общая композиция. Я такое только в старых фильмах видел в той еще жизни.

Приходит воспоминание, как мы с Майей сидим в темном зале напротив большого белого экрана.

Я чуть опускаю щит, и мы смешиваем наше восприятие чтобы вместе бояться довольно смешного после тварей, если по-честному, старого фильма. Класс, но… не сейчас.

Усилием воли возвращаюсь в реальность.

Фигура держит на весу еще трепыхающегося, но уже очевидно мертвого мага. Скорее всего именно его я чувствовал, когда подходил к ангару. Я застаю момент, когда фигура в черном словно обнимает и наклоняется к шее османа.

Так, вокруг никто сюда не бежит, людей живых нет. Ускорение пока отключаю.

Дотрагиваюсь до решетки.

Оссс. Это тоже похоже на громадный ограничитель магии. Снимаю и свои пока что. Незачем плодить новые сущности.

Видимо этим действием привлекаю внимание.

Фигура оборачивается.

А ведь и да, это Коштев. Такой, каким он был наверное лет шестьдесят назад, на пике возможностей. С тонкими клыками-иглами в полпальца длиной и красновато светящимися глазами. Вот все как в фильмах. Наверное должно быть жутковато. Но…не мне.

— Неаккуратно, — пальцем обвожу свой подбородок и щеки.

Коштев примерно на пол лица залит кровью.

— Ты зачем здесь? — хрипит Кощей. Отворачивается, и через пару секунд поворачивается уже без клыков. Кровь, не сильно сомневаясь, он вытирает дорогущей тканью чалмы жертвы. — И зачем украшение нацепил? — показывает на ошейник.

— Ну кажется, для того чтобы вас выпустить, дядя Вилли, — усмехаюсь. Указываю на решетку. — Идеи есть, откуда это можно сделать? А то тут в здании живых не так уж и много осталось. Спросить некого.