Сила рода. Том 1 и Том 2

— Их нужно держать ближе, чем друзей, а самому рвать жилы, чтобы стать сильнее!

Видимо, у Толстого есть пунктик, касательно северян. Эдакая личная паранойя. Но, кстати, вспоминая их поведение в бою, я в чём-то даже понимаю Ивана.

— Всё пустое, — Толстой махнул рукой и зашагал чуть быстрее, показывая тем самым, что больше не хочет говорить на эту тему.

— Как ты противостоял магии Романа и Ольги?

Услышав мой вопрос, Толстой на мгновенье замер, и чуть замедлил ход.

— Подстрахуешь в следующий раз? — спустя непродолжительное молчание поинтересовался Иван.

— Если расскажешь и научишь сопротивляться магии.

Хотелось, конечно, сказать: «Конечно, подстрахую» или «Обращайся, Вань!», но не время и не место играть в благородного.

Я ещё слишком слаб и на счету любая помощь, любая крупица знаний. Поэтому в сторону приличия и политесы. Не тот случай, чтобы быть альтруистом.

Путь до Фехтовального зала мы провели в тишине, но перед тем, как постучаться и открыть дверь, Иван всё же протянул мне руку.

— Договор?

— Договор, — подтвердил я, сжимая его жилистую ладонь.

— В субботу после ужина у стелы, — недовольно проговорил Иван и, постучав, толкнул дверь от себя.

— Извините, можно?

Ну, в субботу, так в субботу. Я шагнул в зал следом за Толстым и тут же напоролся на недовольный взгляд директора гимназии.

— Прогульщики? — зловеще протянул Яков Иванович, поигрывая блестящей метровой палкой.

— Никак нет! Были у Ольги… Ивановны!

— Заходите! — позволил директор и недобро улыбнулся. — Класс, внимание! Сейчас мы отработаем только что показанный приём на опоздавших!

Глава 21

— Может, не надо? — ни на что не надеясь, поинтересовался я.

Толстой же пренебрежительно хмыкнул и шагнул вперёд:

— Я готов!

— Михаил, плюс балл, Иван минус балл, — огорошил весь класс директор. — Кто понял почему?

У меня были, конечно, мысли на этот счёт, но я застеснялся, что ли? Или, может быть, решил слишком сильно не перетягивать одеяло на себя?

В общем, пока я мысленно сражался с внезапно накатившим синдромом самозванца, руку поднял Ги’Дэрека.

— Да, Антуан, — благосклонно кивнул директор.

— Иван, с точки зрения дворянского кодекса, поступил единственно верным образом. Михаил же, чего я, к слову, не одобряю, поступил… мудро. Попытался избежать боя в неизвестных условиях и с неизвестным противником.

В принципе, я хотел сказать то же самое. Зачем ввязываться с открытым забралом во всякие мутные движения?

— В общем и целом верно, — кивнул директор. — Антуан, плюс балл.