Сила рода. Том 1 и Том 2

Маг перестал заливать всё вокруг огнём только тогда, когда две монструозные мортиры, выехавшие из поднявшейся Песчаной бури, расстреляли сторожевую башню до основания.

Портальным прыжком Сирлих не воспользовался, вместо этого уничтожив прощальным Огненным тараном одну из мортир и повредив вторую.

Последним погиб Лакмус.

Ксуровы пауки всё же добрались до какого-то узла, и гвардеец потерял контроль над левой частью доспеха.

Стоило ему оказаться на земле, как его тут же накрыло полотном пауков, и Бруно не успел его поднять.

Когда-то давно, в самом начале боя, Бруно ещё испытывал эмоции – страх, азарт, отчаяние…

Но сейчас, оставшись один на один с Песчаной бурей и её демонами, потерявший свой взвод командир превратился в бездушного голема. С одной-единственной целью – выжить.

Будь у него побольше времени, он бы задался вопросом – отчего Пустынные демоны так похожи на УГи и на… другие проекты, создающиеся в клановых цехах.

Но ему было не до этого.

Он бил, уворачивался и снова бил. Бежал, прятался, устраивал засады.

Его спасали две вещи.

Накопитель, силу которого он безостановочно тянул, и… сами демоны.

По крайней мере, он был на краю гибели раз сто, но каждый раз очередной демон отводил свой удар в сторону.

Смерть водила хоровод вокруг него и каждый раз вместо жизни забирала лишь один волосок.

Сколько продолжался этот бесконечный кошмар Бруно не помнил. Зато хорошо запомнил, как всё закончилось.

Где-то сзади раздался звон цепей, а на управляющем табло начали появляться зелёные точки.

Затем вокруг УГа Бруно, который походил больше на консервную банку, чем на боевого голема десятого ранга, вспыхнула матовая сфера.

Она мгновенно выключила все звуки и даже свет. И, впервые за весь бой, Бруно не почувствовал дыхания костлявой.

Он урывками помнил, как чьи-то сильные руки достали его из искромсанного УГа, и как другие руки вытащили следом тусклый Накопитель.

Запомнил, как Накопитель полетел в песок со словами: «Пустышка…».

Запомнил мелькнувший перед ним мундир Ярополка, на груди которого почему-то вместо фамильного герба Громовых, красовалась окружённая шестерёнками кирка.

И последнее, что запомнил Бруно, перед тем, как окончательно потерять сознание, был удивлённый голос отца:

— Надо же, выжил…

Глава 25

Всю дорогу до классной комнаты я провёл в задумчивости.

Слышал краем уха обсуждение одноклассников, чувствовал обеспокоенное внимание учителей, но вернуться в здесь и сейчас не мог.