Сила рода. Том 1 и Том 2

Но самое главное – здесь был угол с железом.

— Все пришли? — жизнерадостно поинтересовался высокий жилистый мужчина с зачёсанными назад волосами. — Строимся в линию передо мной!

Так и сказал – «в линию», а не «в шеренгу».

Отвлёкшись от разглядывания зала и нашего учителя по военным наукам, я покосился на своих одноклассников, которые споро выстроились не по росту, но по… положению.

Первым встал Дмитро Громов, рядом с ним Аден Пылаев, затем Антуан Ги’Дэрека. Дальше место заняли Игорь Прокудин-Горский, Дмитрий Уваров, Роман Дубровский, Пётр Волконский, Иван Толстой и Василий Пожарский.

И это не я внезапно вспомнил фамилии своих одноклассников, это Игнат Иванович, вот такое вот имечко у физрука, начал перекличку.

Следом выстроились, как я понял по изменившемуся голосу учителя, родовичи.

Валерон Воронцов, Фёдор Безухов, Павел Меньшов, Александр Горчаков и Филипп Крудау.

За Филиппом хотели было встать братья Кроу, но Игнат Иванович взмахом руки отправил их в конец строя.

На нас физрук немного завис, решая, кто больше достоин стоять рядом с дворянином-перебежчиком. В итоге выбрал Мирона, Славика и только потом меня.

Причём я прямо физически ощущал желание физрука отправить меня в конец строя, но, видимо, нелюбовь к северянам победила, и я остался на четвёртом месте с конца.

Игнат Иванович скептически посмотрел на конец строя и переключил своё внимание на дворян и родовичей.

— День добрый, наследники великих семей! — физрук обаятельно улыбнулся и даже изобразил лёгкий поклон. — Я учитель военного дела. Ранг семь-пять-три. Буду учить вас обращаться с клинками, стрелять из пистолей и подтягивать вашу физическую форму до княжеских стандартов…

Игнат Иванович распинался перед нами ещё добрых полчаса, и, надо отдать ему должное, за этот срок сумел расположить к себе почти весь класс, включая Мирона со Славиком.

Я же с высоты своего опыта видел перед собой заискивающего перед дворянами лицемера.

Причём свои приоритеты Игнат Иванович обозначил практически сразу – дворяне да родовичи. До вольных Одарённых, северян и форточников ему не было никакого дела.

Говорил он много, но, по сути, ни о чём.

Единственная ценная информация, прозвучавшая на уроке, укладывалась в одну фразу: «Воин становится сильнее в бою и когда идёт по своему Пути».