Лицеист

В неполные семнадцать лет может внезапно проснуться и вспыхнуть свечкой родовой Дар – но уж точно не умения, будто принадлежащие кому-то другому. Талант стрелять или бить людям морды достается от природы – но его еще надо взращивать, придавать форму…

Или не надо?

Я поднялся с кровати и встал перед зеркалом, висевшим у шкафа.

– Интересно дело. – Мои пальцы коснулись холодной блестящей поверхности. – Кто же ты там такой?..

Из утреннего полумрака комнаты на меня смотрел самый обычный парень. Рослый, худощавый, но скорее жилистый, чем просто тощий.

Чуть старше своих шестнадцати с половиной лет с виду – наверное, из-за уже пробившейся темной поросли вокруг губ и на щеках – но уж точно еще не взрослый.

Которому впору было бы интересоваться не книгами из дедовой библиотеки, а чем-то… попроще. Развороты комиксов и актрисы в купальниках все еще украшали чуть ли не половину стены над письменным столом и радовали глаз, но уже казались чем-то чужим. Приятным – но будто забытым, принадлежавшим тому, кем я был раньше, а не мне-новому.

Новые предпочтения. Новые умения. Новый характер. Ведущая левая рука вместо правой. Странные сны и воспоминания о том, чего со мной никогда не случалось. Интересно, это все сюрпризы – или будет еще? И кто хотя бы попробует объяснить, в чем дело?

Уж точно не Бельская с ее маркизом – любителем гусиного паштета.

Вздохнув, я включил свет и принялся одеваться. Влез в джинсы, накинул рубашку и закатал рукава. Костюм не на светское мероприятие, но для завтрака в семейном кругу – даже если это семья князей Горчаковых – вполне сойдет.

До того, как Арина Степановна погонит свою малолетнюю гвардию накрывать на стол, еще где-то час, но уж лучше спуститься вниз, чем сидеть здесь под укоризненными взглядами мужиков в цветастых костюмах и киношных красоток.

– Саня? Что-то рано.

Костя сидел и читал газету. Не на террасе, где мы обычно едим летом, а ближе к лестнице – в гостиной, развалившись в одном из кресел. Он всегда спускался к завтраку раньше остальных… но не настолько.

Похоже, вообще не ложился сегодня. И, судя по паре пустых чашек из-под кофе на столике рядом и торчащим из-под халата брюкам – вернулся в Елизаветино всего час-полтора назад.

– Сам ты рано, – зевая, отозвался я. – Опять в городе задержали?

– Опять. – Костя вздохнул и отложил газету. – Дела государственные, сам понимаешь… Про тебя читал вот.

– Про меня? – Я шагнул поближе, чтобы разглядеть первую полосу. – Ага, «Вечерний Петербург».