Печать Велисы 1. Избранный

Она опять испугано вытаращила глаза и, присев на диван, стала коситься на меня. Однако никаких действий больше не пыталась совершать.

— Замечательно, — кивнул я и вопросительно выпалил: — Фамилия, имя, отчество, год рождения, адрес проживания?

В её взгляде, помимо опасения, появилось нескрываемое недоумение.

— Зачем вам? Меня Надеждой звать. Леонова, фамилия.

И правда? Нахрен мне остальная информация? Я же не протокол составляю!

— Ладно, Надежда моя… — хмыкнул я. — Сколько человек снаружи?

После следующих вопросов она вернула пугливое выражение лица и попыталась мямлить и юлить.

Однако стоило волшебным образом материализовать в руке катану из инвентаря, как поток слов сильно увеличился.

В итоге я узнал, что прямо за разломом находится укреплённая, полностью металлическая комната и два человека охраны с четвертым кругом. Мало того, у них находится тревожная кнопка на случаи прорыва.

А вот за дверью этой комнаты четверо вооружённых охранников, но уже обычных людей, без печатей. Я немного попугал девушку, и она рассказала, что если сработает тревожная кнопка, то в это место направится ещё одна группа из четырёх человек с комплектом сигилов, в числе которых невидимка.

На большее у подпольной организации сил не хватит, чтобы защитить одну из десятков имеющихся баз в губернии.

Я бы мог выведать у неё расположения других баз, но на это просто не было времени, да и желания. И вряд ли она что-то знает толкового, так как поступила к комунякам меньше месяца назад, дабы побыстрее сбежать в Японию, а там в Канаду.

— Ну что? Пошли на выход… — кивнул я в сторону разлома.

Она покосилась туда и с краснеющими глазами жалостливо начала:

— Господин, не убивайте, прошу вас… У меня мама одна останется… — зашмыгала она носом.

Ага… Надавить на жалость – это святое. Правда, я и так не собирался пускать её в расход. Вместо каких-то объяснений я просто врубил свою ауру, вот только теперь девушка не отрубилась, а захныкала ещё больше и вжалась в диван.

— Если будешь смирно себя вести, то останешься жива, и возможно, проживёшь до старости.

Так что повторяю – на выход.

Мой пониженный голос в этот раз подействовал отрезвляюще. Однако с лица девушки не сходила гримаса ужаса, особенно когда я материализовал мечи и стал подталкивать её к разлому.

Глава 17

— Николай, докладывай обстановку, — произнёс в рацию Виктор.

Он сидел на переднем сидении внедорожника, а позади находились граф и барон. Автомобиль на всех порах гнал по разбитому асфальту сельской дороги.