Мир падающих звёзд II. Русальная неделя

Тащи его внутрь! Укусил он тебя?

Обоюдными усилиями мы заволокли тщедушное тело в помещение. Было темно, только одинокая свеча на столе рядом с кружкой разгоняла мрак. Похоже, Егор сидел и в ожидании нас смаковал пиво.

Захара мы повалили на соседний стол.

— Господа охотники, ну что за грохот, ночь же! — нарисовался Фёдор с ещё одной свечой в руках.

— Воды принеси горячей! — рявкнул Егор. — Чеснока ещё и тёрку. И тряпок чистых, на повязку.

Хозяина как ветром сдуло.

— Чё, всё так серьёзно? — спросил я. — Знак не поможет?

— Тихо! — прикрикнул Егор и скастовал Знак на меня.

Я почувствовал знакомое жжение в шее, сменившееся чувством облегчения. Расслабило так, будто к хорошему массажисту сходил. На стул не присел, а рухнул.

— Фух! Ну, теперь бы пива литр…

— Никакого пива, пока сутки не пройдут! — заявил Егор. — Во что вы опять ввязались? Господи, да как ты это делаешь, Владимир?!

— Упыря нашли…

— Упыря? Упыря?! — Егор заорал, брызгая слюной. — Покажи мне такого упыря, который одним укусом человека в себе подобного обращает!

— Не могу.

И задумался. Пока Егор продолжал блажить, вымещая пережитый стресс.

А ведь действительно. Упырь — это ведь, в первую очередь, покойник. Так и в справочнике написано. И чтобы стать упырём, надо сперва помереть от его укусов. А Захар помирать вот совсем не собирался. Так и что это за сраный перформанс был в карете, спрашивается?

— …подумать только! — вопил что-то Егор.

— Ладно тебе голосить.

Помещение и впрямь потихоньку наполнялось людьми, остановившимися на постой. Заспанные мужики озадаченно смотрели на нас, но близко подходить не рисковали. Все были в курсе, что мы — охотники. Понадобится помощь — выбьем, а лезть под руку лучше не надо. Особенно разъярённому охотнику, который вопит, как Егор.

— В гроб меня сведёшь, Владимир, — закончил Егор, уже спокойнее.

— Да не драматизируй, нормально всё будет. Так что за особенный упырь нам достался?

Егор немного помолчал, глубоко дыша и сжимая кулаки.

— Наконец-то! — рыкнул Егор. Схватил чеснок, тёрку и блюдечко, сунул всё это мне. — Три!

— Это глагол или числительное?

— Три, говорю!

Прежде чем тереть, надо было почистить. Чем я и занялся. Хорошее занятие — медитативное, успокаивающее. Девица тем временем под руководством Егора начала промывать рану Захару.