Возвращение Безумного Бога 7

— Не смей сдаваться, слышишь? Борись! Я знаю, ты сильная! Ты справишься!

Вафелька едва заметно шевельнулась. Будто всколыхнулась от дальнего-дальнего зова. На бескровных губах промелькнула тень улыбки.

Или мне только почудилось?

Время замедлилось, потеряло всякий счет. Я не знал, сколько просидел так — в полумраке, склонившись к дочери, по капле, по крупице вливая в нее свет и силу. Может, час, может, день. Неважно. Ради моих девочек я готов на все.

Когда я наконец вышел из комнаты, ноги держали с трудом. В глазах двоилось, в ушах шумело.

Я отдал дочери много сил… Но на сердце было чуточку легче. Кажется, Вафельке стало лучше. Совсем немного, на волосок. Но и это уже победа.

Кое-как дотащившись до покоев Айсштиль и Лилии, я постучал костяшками по косяку. Из-за двери послышался тихий мелодичный голос:

— Войдите…

Ледяная красавица полусидела на кровати, откинувшись на подушки. И пусть она была еще бледной и слабой, но в глазах ее уже искрились знакомые льдисто-колючие огоньки. Улыбнулась мне, приглашающе похлопав по одеялу:

— Проходи, Эстро.

Присядь.

Я улыбнулся, глядя на Снежную королеву. Вижу, вижу, ее духовные потоки уже восстановились. А значит, заработала регенерация, быстро восстанавливая тело.

Я опустился на краешек постели, невольно касаясь ее руки. И чуть не отдернул пальцы — кожа Айсштиль была холодной, словно мрамор в морозный день. Не удержавшись, спросил:

— Тебе не холодно? Может, одеяло потеплее? Или обогреватель?

Айсштиль лишь усмехнулась одними уголками губ:

— Не переживай за меня, Эстро.

Я просто потратила много сил… Поэтому сегодня я холоднее, чем обычно…

— Да, это я заметил… — задумчиво произнес я, разглядывая свои пальцы, покрасневшие от холода.

Она вдруг осеклась и отвела глаза. Тонкие пальцы змейками заскользили по краю одеяла.

— Кстати, о битве… — проронила Айс глухо. — Мне нужно тебе кое-что рассказать.

— Слушаю.

И Айсштиль рассказала. О том, как Снежная королева сражалась с обезумевшей Лилией в подземельях проклятого бункера.

Как та, ослепленная гневом и жаждой разрушения, рвалась убить бывшую подругу.

— Но знаешь, что самое странное? — задумчиво проговорила Айсштиль. В ее глазах плескалась боль и растерянность. — В какой-то миг мне показалось… будто в Лилии еще теплится огонек разума. Слабый, еле видный. Но он не давал ей окончательно слиться с демоном. Заставлял цепляться за остатки человечности.

Я молча кивнул, поглаживая ее по запястью, не смотря на холод. Тоже видел этот огонек.