Пожиратели миров. 1 том.

Раньше я бы не пролез в них, да и не стал, прошёл бы через парадный вход, но сейчас такой возможности не было. Первым делом я подтянулся и заглянул вовнутрь, что там.

Туалет. В нём никого нет.

Я не ждал чуда, сразу молотком разбил стекло, после чего отчистил раму от осколков. Закинул вовнутрь рюкзак, после чего подтянулся и заполз туда сам, едва не упав. Пришлось хорошенько выдохнуть, чтобы поместиться. В какой-то момент тело действительно застряло, но пара рывков, и я уже внутри.

— Э, ты чё тут…

Голос какого-то пьяного наркомана оборвался с одного удара.

Не убил, вырубил. Убивать пока рано. Его тело я сажу на унитаз и прячу за закрытой дверью, после чего быстро сметаю осколки ногой в сторону, чтобы не привлекать внимание к окну. Открыто окно и открыто. Но когда оно разбито, разговор совсем иной.

Музыка слышна даже здесь. Я чувствую эту вибрацию аж внутри себя. Очень громко. Тем лучше, никто не услышит выстрелов, если появится такая необходимость.

Перед тем как выйти, я снимаю с лица маскировку, надеваю куртку другой стороной, накидываю сверху капюшон, проверяю пистолет с ножом, после чего прячу их за пояс, и выхожу.

Едва дверь открывается, меня начинает глушить звуковой волной. Музыка не играет, а орёт. Звуки похожи на запуск двигателя, аварийные сигналы в кабине и крики тысяч грешников в агонии вместе взятые. Когда я выхожу к залу, всё это становится многократно громче, и от музыки теперь вибрируют кости.

Первые несколько секунд я пытаюсь понять то, что вижу.

Зал представляет собой олицетворение кошмара. Какой-то нечеловеческий обряд призыва демонов хаоса. Увидь это инквизитор, он бы сжёг это здание дотла вместе со всеми находящимися здесь, а потом бомбил бы округу на всякий случай.

Это олицетворение хаоса. Люди здесь в каком-то безумном трансе сливаются в однородную волнующуюся массу плоти и пота. Они прыгают, кричат, качают головой в такт этой какофонии звуков, которые режут даже мой слух. Все обезумили, превратившись в глупых животных.

Повсюду мигает свет, переливается всей палитрой: зелёный, белый, жёлтый, красный, фиолетовый. То тёмные, то ядовито-яркие, они чередуются с ярчайшими белыми вспышками и слепят, отчего болит голова. Мне нужно время, чтобы привыкнуть к подобному. Приходится очень сильно напрягаться, чтобы рассмотреть хоть что-то помимо живой массы.

Это какое-то собрание еретиков, которые призывают демонов хаоса, погружая весь мир в безумие.