Берсерк

Широченные плечи, с два меня, здоровенные ручищи, которые больше подошли бы какому-нибудь молотобойцу или кузнецу, чем главе рода, и холодные глаза, мрачно сверкающие из-под кустистых бровей.

При виде его у меня как-то само собой улетучилось желание о чём-то с ним спорить. Один только взгляд на его здоровенные кулаки внушал невольный трепет.

За всё время ужина мы не обмолвились с ним ни слова. Когда я подошёл к столу, он лишь слегка обозначил кивок, показав, что видит меня, на этом наше общение закончилось.

Но общения мне и без него было больше, чем достаточно.

И если с остальной роднёй я перекинулся парой фраз с каждым, то от тётки так просто отвязаться не получилось. Она затмевала собой всех, почти не давая никому и слова вставить. Трещала без умолку. И львиная доля её речей сводилась к каким-то не замужним девушкам, которые обязательно должны были осчастливить меня. Моё же мнение по данному поводу её не интересовало.

— Так мало того, — продолжала она между тем, — Матушка её вполне может закрыть глаза на некоторые обстоятельства нашего рода, и действительно выдать её за Мишеньку! Больно уж она внуков хочет понянчить, а женихов у их дверей не наблюдается.

А это значит, что у вас будет шанс выбраться из вашей глуши и перебраться в столицу. У неё не малые связи в императорском дворце. Так что многим сможет вам помочь.

— Да не нужна нам эта столица, сколько можно повторять! — не выдержал тут отец и недовольно рявкнул, — Нам и тут не плохо. Зачем нам туда? Там родов как грязи. У нас и тут всё хорошо, а там с нуля придётся пробиваться.

Дурь это.

— Что в лоб, что по лбу, — всплеснула руками тётка, и глянула на мать, в поисках поддержки, — О себе не думаешь. Пётр, так о детях подумай. Сколько им ещё тут куковать? Какие у них здесь перспективы? А там высший свет, возможности! Ну ладно, сам не хочешь ехать, так хоть детей устрой! Пусть хоть у внуков твоих будет шанс былое величие рода Гончаровых вернуть!

— Великим род делает не нахождение в столице близ двора, а дела! — упрямо поджал губы отец, — Наш род и без того велик, кто бы там что не считал.

Мы и здесь можем служить нашему отечеству и императорской фамилии!

— Отечеству, которое отвернулось от вас? — не сдавалась тётка, — И какой императорской фамилии? Которая поверила клеветникам, и сослала вас сюда?

— Так, давайте-ка не при детях об этом! — вмешалась тут мама, прервав тётку на самом интересном. Это было гораздо занимательнее, чем слушать о бесконечных невестах, да ещё и не чьих-то, а своих.