Кодекс Крови. Книга VII

То есть, если кто-то в следующий раз «случайно» выстрелит в упор, Кирана Юрьевна сможет в качестве самозащиты метить не в плечо лука, а птичке в глаз. И будет в своём праве.

Глава 12

Мария Петровна Кречет вместе со свитой уже была на подъезде в Архангельск, когда у неё затрезвонил мобилет. Номер отца сложно было не узнать. Она ответила на вызов и едва успела убрать аппарат от уха, как оттуда послышался разъярённый крик:

— Ты вообще из ума выжила? Твои интриги чуть не угробили родного брата!

— Кого? — голос принцессы дрожал, ведь несмотря ни на что, братьев она любила.

— Андрея. Еле откачали.

— Что произошло? — уже более спокойным голосом уточнила Мария. Вспомнив, что на свадьбе осталось всё семейство Подорожниковых в полном составе, она успокоилась. Они любого члена императорской семьи с того света вытянуть смогут.

— А ты не знаешь? Тебе разве Галапагоссов-Черепахин не отчитался? — язвительно отозвался отец. — Ты вообще спятила иностранцев в собственные интриги вплетать?

— Да никого я вплетала, лишь для красного словца в пылу ляпнула, что неплохо было бы сбить спесь с княгини, он сам вызвался, — попыталась было увильнуть принцесса от отцовского выговора, по сути, даже справедливого.

Сейчас, покинув поместье Белухиных, она уже более здраво смогла оценить свои поступки и поняла, что перегнула палку. Одно дело — выполнять поручения покровителя, и совсем другое — проявлять преступную инициативность, которая сможет поставить под угрозу не только его планы, но и безопасность кого-либо из членов семьи.

— Сбил, так сбил! — рыкнул император. — Волчицу зарезал, Андрея и Искандера Кёпеклери вместе с Медведевым в кому отправил, а самой княгине что-то повредил по части магии. У неё начались неконтролируемые всплески двух стихий.

— Его заставили замолчать? — Мария мысленно размышляла, успели ли устранить Эквадо, чтобы он не разболтал лишнего, но внезапно вспомнила отцовский язвительный комментарий про отчёт и напряглась.

— Пропал он. Думал, к тебе слинять успел. Хотел предупредить, чтоб была осторожней, — уже более ворчливым тоном добавил император, проявляя отцовскую заботу, несмотря на то, что дочь его неимоверно разозлила.

— Спасибо, пап, — принцесса по достоинству оценила этот жест, разглядывая в окно автомобиля бескрайние северные просторы, укутанные снежным покрывалом. — И признаю, я была неправа.