Кодекс Крови. Книга VII

— Кто такая Исса? Или такой? — я словил себя на мысли, что кажется потерял контроль над происходящим на своей земле.

— Исса — сын Ариссы, ты же на родах был!

Кажется, у меня здесь организовывается детский сад. Кстати, о детском саде...

— А мальчика, прибывшего с Тэймэй, его куда определили?

Я вспомнил про слепого мальчика с силами предвидения. Не хотелось, чтобы ребёнок без знания языка, без зрения оказался предоставлен сам себе и скучал в одиночестве на чужой земле.

Однако всё оказалось гораздо радостней.

Над ним шефство взяли эрги. Он не видел их, но с удовольствием общался. Для них не существовало языкового барьера, ведь они общались мыслеформами, а не примитивным человеческим языком.

— Знаешь, — Тильда, как всегда, была предельно откровенна, — а мне даже нравится всё происходящее. Нет, я не про состояние Агафьи или Кираны. Я про людей вокруг. И нелюдей. Вспомни. Раньше мы жили с тобой вдвоём, худо-бедно даже готовить умели. Служанок не держали. Я бы сказала, сторонились людей.

— Небезосновательно, — тихо возразил я.

— Да понятно. Но ведь есть и хорошие. И всё вместе они работают как слаженный организм. Даже эрги, казалось бы, и те вписались. Иногда я задумываюсь, как? Но потом просто воспринимаю это как должное. Все обо всех заботятся в меру своих сил. То ли это от боевого братства пошло и распространилось дальше, то ли наоборот от преданности и кровного единения. Никто не знает, но я знаю, что всегда могу рассчитывать на помощь. И именно это я бы не хотела терять.

Ощущение семьи, странной, многоликой, но семьи.

Да уж. Семья разрослась. Я с трудом представлял, чем занимается каждый из моих подопечных. Но, может, так и надо? Вести общее руководство и заботиться, а жизни сами переплетутся.

Допив кофе, я отправился в лазарет. Возле постелей Агафьи с Кираной сейчас дежурила Жива.

— Как они?

Жива пожала плечами.

— Без изменений. Агафью пробуем провести по нижней границе с ростом объёма потребления на десять процентов, следим за реакцией, бледнеть перестала, а Кирана.

.. В стазисе, но вспышки всё равно бывают.

— А где Светлана? — поинтересовался у штатной лекарки.

— Отдыхает. Она ночью дежурила.

Я зашёл в комнату отдыха при лазарете. Света лежала, скрючившись на низкой кушетке, подперев кулачком щёку. Отросшая чёлка упала на глаза, придавая ей беззащитный вид. Ей бы отдохнуть нормально, а не так на бегу.

«Имал, а можешь нас со Светой в спальню перебросить?» — попросил я задобренную утром пирожными эргу.