Чехов. Книга 2. Дело Васильевской лавки

У вас превосходная концентрация для мастера.

— Ваши рыси были тоже ничего, — ответил я, и девушка снова зарделась.

— О, это самые простые и слабые существа моей школы. И даже с ними я путаюсь. Не могу выстроить серию через атаку и защиту. Они плохо меня слушают. Но мой наставник говорит, что скоро я выйду на ранг бойца, и там будет проще.

Ну, так я и думал. Девушка подмастерье, а этот ранг средний одаренный получает максимум через год после обретения Силы. В зависимости от количества потасовок, в которых он принимает участие, само собой.

— А вы в вашем возрасте уже мастер. — Наталья мечтательно вздохнула. — Моя сестра в мои годы тоже уже была мастером.

— Значит, у нее было много практики.

— Да, она привыкла быть лучшей во всем, и ей часто приходилось это доказывать, — ответила девушка и осмотрелась по сторонам. — А где ваша сумка?

А это ловко она сменила тему. Ничего не скажешь.

— Я живу в паре кварталов отсюда, — ответил я. — Так что…

Глаза Натальи округлились от удивления.

— Разве вы не живете в особняке родителей?

— Нет.

— Грустно. — Наталья вздохнула.

Уточнять, что именно она имела в виду, я не стал. Встал с лавки и произнес:

— Простите, Наталья, но мне нужно идти.

— А, да, — спохватилась собеседница, — извините, что вас задержала. Я тоже пойду в зону отдыха. У вас здесь абонемент? По каким дням вы посещаете зал? — Последние два вопроса она задала с плохо скрываемым любопытством.

— Пока нет. — Я покачал головой и исправился: — Абонемента нет.

— Ясненько. — Она снова вздохнула, и в ее голосе прозвучало явное разочарование. — Ну, тогда еще увидимся, может быть. Удачи вам, Павел! — Девушка встала со скамейки и быстрым шагом направилась к холлу.

— И вам того же, — пробормотал я ей в спину и пошел к выходу.

Потом все же не удержался и оглянулся, чтобы заметить, как Наталья тоже развернулась, чтобы посмотреть мне вслед. Я махнул ей рукой и вышел прочь.

Глава 3 Карету мне, карету!

Дома я наскоро принял душ и решил, что в следующий раз освежусь в тренировочном зале, чтобы не идти по городу в непрезентабельном виде.

Одежду я засунул в стиралку и понадеялся, что правильно рассчитал количество порошка. В общежитии я сдавал белье в чистку и сам этим не занимался.

Накинув домашний костюм, вышел в гостиную и занял удобное кресло перед окном. С кухни доносился звон посуды.

— Чаю будете, барин? — раздался голос Фомы.