Чехов. Книга 2. Дело Васильевской лавки

И этот факт немало беспокоит старого князя. И когда я говорю, что он стар, то именно это имею в виду. Значит, принятие этого Иванова в семью просто дело времени.

— Ну, вот когда примут… — начал было, но тут же осекся под строгим взором. Впрочем, долго злиться бабушка не могла.

— Единственное в чем ты не меняешься, так это в умении наживать врагов, — с улыбкой произнесла она.

— Весь в отца, — вздохнул, — тот тоже не стеснялся в способах и средствах.

Софья Яковлевна рассмеялась.

— И то верно. Как я могла забыть? Филипп был настоящей проблемой семьи.

Ему было на все наплевать. Главное дело закрыть. Да и команда в отделе у него была под стать. Эх, были времена, когда на побои подозреваемых никто не обращал внимания, а раскрываемость только росла.

— Время всегда меняется. Надо уметь приспосабливаться к новым условиям, — с улыбкой парировал я. — И, кстати, ты сама начинала в следственном отделе жандармерии.

— Ох, юноша, не напоминайте мне об ушедшей молодости, — улыбнулась бабушка.

— Иногда я тоскую по тем временам и даже всерьез раздумываю принять предложение Юстиции и вернуться на пост.

— Они предлагали? — уточнил я.

— И не раз, — ядовито усмехнулась женщина, — вот только я пристрастилась спать в обед, и ты бы видел, какие у меня в зимнем саду созрели помидоры.

— Именно так проявляется старость? — Я ухмыльнулся и тут же ощутил, как по коже скользнула волна мурашек.

От некромантки потянуло густой мрачной силой. В эту же секунду в комнате стало темнее, в углу столовой появился огромный пень с горящими красным глазами и раззявил щербатую пасть.

Я успел увидеть край изумрудного болота за его спиной и около сотни различных призраков, тянущих руки к своей хозяйке.

— Когда научишься делать так, мой мальчик, тогда и шути со мной о старости, — пожурила меня бабуля и щелкнула пальцами, отсылая тотем прочь.

Затем отставила пустую чашку и встала из-за стола. Поправила подол платья, отдернула пенное кружево на манжетах рукавов и отбросила за спину выбившийся из прически локон волос.

— Идем. Выберешь себе машину.

Глава 5 Нет, я не плачу и не рыдаю...

В сопровождении Софьи Яковлевны я вышел во внутренний двор особняка, где нас уже ожидал Лука — приказчик семьи. Это был высокий худощавый мужчина, с привлекательным лицом, густыми черными волосами, уложенными набок, глубоко посаженными темными глазами и часто кривящимися в ухмылке губами под аккуратными усиками.