Дядя самых честных правил 2

Хорош гусь — грудь разрисована чёрным, серые разводы кое-где, прямо как языческий жрец перед ритуалом.

— Вот здесь надо круче изогнуть линию. А здесь контур не замкнут.

Александра тут же подправила рисунок.

— Отлично. А теперь перейдём к главному.

Кобура висела на спинке стула, и я вытащил из неё новенький small wand.

— Держите, Александра.

— Ой!

— Что такое?

— Он такой… Такой… Великолепный!

— Все восторги потом. Ваша задача повторить нарисованные линии эфиром, чтобы получился настоящий Знак и Печати.

Рыжая посмотрела на меня с ужасом.

— Константин Платонович, я не могу.

— Можете.

— Не могу! Это же… Это… По живому вам надо делать!

— Именно, моя дорогая. И вы будете предельно внимательны и осторожны.

— Константин Платонович!

— Александра. Кроме вас это сделать некому. Я не могу класть эфир сам на себя из-за помех Таланта. Других деланных магов в округе нет, остаётесь только вы.

— Я не справлюсь!

Пришлось взять её за руку, пристально заглянуть в глаза и ровным голосом сделать внушение:

— Саша, мне нужна твоя помощь.

Я тебя взял в ученицы не за красивые глаза. Ты умничка, ты обязательно справишься. Кроме тебя некому это сделать.

— Правда?

— Что именно?

— У меня красивые глаза?

Ёшки-матрёшки, кто надоумил меня взять в ученицы незамужнюю девицу? Мысли у неё только об одном.

— Красивые. Но сейчас мне нужны не они, а ваши ум и руки. Соберитесь и приступайте.

Ей потребовалась минута, чтобы сконцентрироваться на задаче.

— Ложитесь, я буду пробовать.

— Не пробовать, делать.

Второй попытки не будет.

Я отодвинул подушку и устроился на кровати.

— Приступайте.

Глаза девушки расширились, когда на кончике small wand'а вспыхнул язычок эфира. Она склонилась надо мной и прочертила первую линию.

А-а-а! Как же это больно! Будто воткнули раскалённый нож и теперь не торопясь распарывают кожу. Видимо, рыжая увидела моё напряжённое лицо и участливо спросила:

— Больно? Надо терпеть, мы только начали.

Спасибо тебе, добрая девочка, за хорошие новости. Подбодрила, называется.

Даже Анубис недовольно заворчал, но вмешиваться не стал — если хозяин делает, значит, нужно.

— Терпите, Константин Платонович, не дёргайтесь. Сейчас вот так, ещё линию проведём, и ещё одну, и следующую.

А что делать, пришлось сжать зубы и стараться не шевелиться. Чтобы отвлечься от боли, я думал над магической связкой, которая должна появиться у меня на груди.

В принципе, ничего неординарного в ней нет — гарантированный щит от любой магии.