Сила рода. Том 5

К счастью, сержант понял меня и бросил мне ножны.

Для того чтобы их поймать, мне пришлось выпустить Золотой меч, и он плашмя упал мне на ногу.

Я же, сохраняя на лице одухотворённо-возвышенное выражение, с первого раза попал кинжалом в ножны и только потом позволил себе зашипеть от боли.

— Гладко стелешь! — с едва заметной завистью произнёс Макс. — Мне аж самому захотелось всё бросить и в добровольцы записаться.

— Увы, — я повесил кинжал с макрисом себе на пояс и нагнулся за Золотым мечом. — Гильдейские оккупировали все СМИ, поэтому.

— СМИ? — переспросил Макс.

— Средства массовой информации, — пояснил я. — Сарафанное радио… то есть сплетни, которые разносят торговые караваны и торговые представительства среди своих покупателей. Листовки, газеты, встречи с рабочим классом и прочие инструменты влияния.

— Выходит, нам повезло, — протянул Оут.

— В чём? — не понял его Макс, да и я, признаться, тоже.

— В том, — Воин кивнул на притороченный к поясу кинжал, — что гильдейские или не успели, или не смогли прибрать к рукам Золотой меч.

— Это да, — поёжился я. — Тогда было бы совсем печально. Гильдейские могли бы выставить наше княжество захватчиком и агрессором, и против нас выступили бы все наши соседи.

— Да не, — покачал плечами Оут, — не может такого быть!

Ну не может, так не может. Спорить с капитаном сейчас я не собирался.

— Ладно, господа офицеры, пора.

— Пора, — эхом откликнулся Макс, выходя из шатра.

Снаружи царил отдельно взятый филиал хаоса.

Кто-то из Воинов чистил мечи, кто-то выдвигался небольшими группами в лес, кто-то сидел на составленных в ряд рюкзаках.

Свой класс я заметил рядом с Ольгой Ивановной, которая, видимо, закончила ритуал и сейчас что-то объясняла моим одноклассникам.

— Михаил, — Оут понял, что мне не терпится присоединиться к классу. — Хочешь не хочешь, но пацанам придётся столкнуться с северянами.

Сам того не зная, капитан затронул самый волнительный для меня момент.

Умом я понимал, что рано или поздно мы столкнёмся с северянами, и моим одноклассникам придётся сражаться с оружием в руках.

Но сердце кровью обливалось от осознания того, что двенадцати-пятнадцатилетним пацанам придётся воевать.

И чем дольше я тяну, тем больнее нам придётся.

— Может, позже? — вздохнул я. — Они ж ещё мелкие совсем.

— Мелкие? — удивился Макс.

— Он форточник, — тут же объяснил Оут. — У них… замедленное развитие.

— Это называется цивилизованное общество, Оут, — поправил я капитана.