Заступник. Проклятье Дайкоку

— Однако, сегодня в полдень у ресторана в центре будет проходить торжественное мероприятие, где Ямамото будет присутствовать лично. Мне сказали, что там можно будет перекинуться с ним парой слов, и если его заинтересует предложение, то он оставит свою визитку, на которой будет информация.

Я взглянул на часы. Оставалось примерно полчаса до того, чтобы доехать до центра. Свой байк я оставил у дома, чтобы тяжелее было отследить мое перемещение. С другой стороны… надеюсь, что наше переодевание Купера хотя бы немного собьет людей Казумы с толку и он все еще ждет моего звонка.

— Тогда выдвигаемся. О каком ресторане идет речь?

Чо хмыкнул, прикрыв глаза.

— “Господин Ямамото”.

— Очень скромно, — подметил я. Но речь шла не про Ишимору, а про его однофамильца маршала и его потомков, что назвали ресторан в честь деда.

Очень быстрым ходом мы втроем отправились в электричку, которая довезла нас до центра. И когда, почти бегом, добрались до ресторана, я думал, что уже поздно.

Опоздание на пять минут в таких делах могло означать полный провал.

Но Ишимору все еще был тут. Он отвечал на камеру девушке-репортеру, которая спрашивала его о последнем крупном взносе в фонд лечения больных детей с синдромом ДЦП.

Отлично. У меня есть время отдышаться и привести себя в порядок. Отвечая на вопросы, Ямамото оглядывал толпу присутствующих людей и остановился, когда увидел нас. Скорее всего он увидел Чо и именно поэтому его взгляд приковался к нам. Значит Чо меня не обманул и это существенно прибавило очков уважения к нему.

Когда репортаж закончился, Ямамото едва заметно кивнул головой, подзывая к себе. Он продолжал артистично улыбаться, отвечая на вопросы горожан, что стояли возле него и никоим образом не выказывал раздражения или недовольства. Он напротив был добр, разговорчив, улыбался и утешал женщин, что плакали и чуть ли не падали с поклонами к его ногам.

Да, Ишимору Ямамото отлично умел давить на людские боли, за что становился ангелом во плоти в их глазах.

Знали бы они, что этот ангел снимает нимб, как только закрывает дверь своего дома и забрасывает его на диван, после чего достает красный хвост из штанов и прекращает скрывать рога.

Мы подошли к нему, на что Ишимору тут же извинился перед людьми и чуть ли не с распростертыми объятиями двинулся в нашу сторону.

— Прошу меня простить, — сказал он. — Чо! Дорогой друг, как я рад тебя видеть! — сказал он громко.