Заступник. Проклятье Дайкоку

Можно понять, конечно, тем более, что современная молодежь все чаще беспечно относилась к своей жизни. Эта так вообще не смотрела по сторонам. Лопнула жвачный пузырь и пошла вприпрыжку дальше.

Бросив еще несколько бранных слов, Куросаки вжал педаль газа и со скрипом колес выехал на трассу.

Территория семьи Андо примыкала к нашей как раз недалеко от порта и откусывала объемный (примерно в полтора раза больше нашего) кусок города. Откуда Куросаки знал где находится дом младшего лейтенанта семьи Андо — мне было непонятно.

Он запарковался и заглушил мотор. Несколько секунд держался за руль.

— Пошли, — сказал я. — Чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее выйдем отсюда.

Щелкнули замки дверей. Мы вышли из машины.

Наверху у входа с лестницы точно также, как и у Куросаки, стояли два бритоголовых амбала. Только эти были одеты в какие-то идиотские черные смокинги и стояли в солнцезащитных очках. Голливуда пересмотрели, видимо.

— Нам нужно к вашему сятэй-гасира.

Один из них тоже жевал жвачку, громко и неприятно чавкая, но хоть разило ментолом, а не куриным пометом.

Второй поднял руку, в которой сжимал рацию, нажал на клавишу и сказал:

— К вам тут двое, Нагаката-сама, — он вопросительно кивнул в нашу сторону. — Младший лейтенант спрашивает - кто вы?

— Мы от семьи Куджо, — сказал Куросаки. — Насчет ночного происшествия.

Он повторил это все в рацию. Что-то неразборчивое и понятное только ему одному донеслось в ответ, после чего на двери, громко щёлкнув, сработал электрический замок.

— Входите, — сказал тот что со жвачкой, нарочно скаля зубы. Судя по всему, он думал, что так выглядит более грозно или солидно, но как по мне, так лучше бы он стоял молча. Тот что с рацией вошел первым и повел нас за собой.

Внутри были такие же коридоры, как и во многих других чужих домах. То тут то там доносились голоса.

Нас подвели к лифту, у которого стоял еще один якудза в таком же нелепом костюме. Он заранее нажал на кнопку вызова и к нашему подходу двери открылись.

Внутри было чисто, хотя почему-то пахло сякэ и дешевым одеколоном, от которого в носу свербило.

Звякнул колокольчик и створки распахнулись. Охранник с рацией повел нас дальше по коридору. Мы остановились у двери, возле которой, как можно догадаться, тоже стоял еще один охранник. Все, как на подбор.

Наш сопровождающий не успел даже постучать. И я понял почему, когда едва приметная камера под потолком сверкнула стеклянным глазом, и уставилась на нас.