Варлорд. Темный пакт

Горничной на вид было ну никак не больше восемнадцати. Одета так, словно только что из клуба – короткое смелое платье, отброшенные в экстазе объятий с унитазом лабутены с красной подошвой.

Утихомирившаяся гостья – избавившись от излишка алкоголя в желудке, свернулась калачиком и лежала на мягком коврике для ног. Весь пол, да и она сама были… не очень чистыми, прямо скажем.

Даже несмотря на неприглядную экспозицию, было заметно, что девушка красива. В восемнадцать лет вообще некрасивых не бывает, но – избавившись от дамоклова меча грядущей статьи за несовершеннолетнюю, я присмотрелся внимательнее.

Округлившаяся там, где надо, фигура – привлекающая внимание даже несмотря на юношескую еще угловатость. Длинные ноги, рассыпавшиеся по полу иссиня-черные волосы, правильные черты бледного – на контрасте с темными волосами, лица.

Олег на моем месте, может быть, даже слюнку пустил. Я же спокойно, без лишних эмоций рассматривал горничную, нарушившую мой покой. Сомнений в том, что это приблудившаяся обслуга, у меня не возникло.

На вокзале Царицына я поглядел на уровень жизни людей, и красота и наряд юной горничной у меня удивления не вызывали.

– Это ж сколько выпить надо было… – негромко буркнул я.

Осторожно – стараясь не вляпаться, приблизился к перебравшей обслуге.

Брезгливо поморщившись, присел, осматривая бессознательное тело. Дышит. В состоянии тяжелой алкогольной интоксикации, но помощи врача вроде не нужно прямо сейчас.

Позвать кого-нибудь? Самый правильный вариант вроде бы. Но. Если для девушки это будет стоить работы? Я вспомнил Зоряну – которая своим телом купила будущее младшей сестре.

Если эта подгулявшая девчонка также в непростой ситуации, а работа для нее билет в нормальную жизнь?

Ошибки совершают все. Ну перепила, с кем не бывает. Если я сейчас позову местного главного по обслуге, карьере и репутации девочки может наступить бесславный конец.

В ситуациях, когда мог сломать другим жизнь – к примеру, уволить сотрудника предпенсионного возраста за пограничный поступок, всегда действовал по правилу одного шанса.

Один шанс исправиться – если проступок не уголовщина, конечно, я всегда давал. А после – если не срабатывало, действовал уже жестко и без душевных терзаний.

– Эй, подруга? Ты жива? – даже не надеясь на результат, я потрепал горничную за плечо.

Предсказуемо безрезультатно. Освободив лицо от волос, достаточно бесцеремонно приподнял веко. И увидел яркий глаз удивительного цвета – королевская синь или даже ультрамарин.