Тень Ворона - 5

Вся дорога была заставлена машинами с дипломатическими номерами, а от телохранителей и сотрудников Службы Безопасности пестрело в глазах.

— Доброго вечера, барон Воронов, княгиня Шуйская, — сказал один из охранников на входе. — Просим предоставить к осмотру всю имеющуюся «ранговую пыль».

Я удивленно посмотрел на Катю, но та спокойно вытащила из сумочки несколько мешочков, а после этого сняла браслет и одну из заколок. Охранник провел над всем каким-то устройством, после чего примагнитил к каждому запасу пыли небольшую пластинку, которая после соединения загорелась красным цветом.

— Барон? — вежливо попросил мужчина, закончив с Катей.

— Я не смогу ей воспользоваться? — решил уточнить я.

— В случае экстренной ситуации блокировка снимется, и вы сможете воспользоваться пылью.

Звучало не очень убедительно.

— Кто именно решает, какая ситуация является экстренной?

Охранники удивленно переглянулись. Видимо не ожидали подобной реакции от кого-то из гостей.

— Имперская Служба Безопасности.

Ну еще бы. Мне снова предлагают полностью довериться людям, которые уже несколько раз накосячили. Не особо радужная перспектива.

Неожиданно все люди вокруг резко согнулись в глубоком поклоне. А спустя мгновение рядом со мной показалась причина такого поведения.

— Какие-то проблемы, Воронов? — послышался голос Георгия Романова.

Рядом с Первым стояла сияющая Даниэлла, одетая в короткое блестящее черное платье. Сам наследник был в обычном темно-сером смокинге.

— Н-нет, Ваше Высочество, — с неохотой произнес я и протянул охраннику мешочки с ранговой пылью. — Даниэлла, рад вас видеть.

— Я тоже очень рада нашей встрече, барон Воронов, — улыбнулась аргентинская наследница.

После этих слов парочка прошла мимо нас. Удивляться тому, что их «пыль» не проверяли, я не стал.

***

Арсений стоял напротив двухстороннего зеркала и смотрел на то, как Марфа работает с канцлером. Вокруг Бестужева плавала золотистая пыль, которая при первом же уходе от ответа или лжи приносила невыносимую боль допрашиваемому.

Мыслесчетка не особо церемонилась с мужчиной. Она всем сердцем любила членов Императорской семьи, поэтому была достаточно безжалостна с их врагами. Тем более, что в данном случае можно было не сдерживаться — уже завтра канцлера объявят мертвым.

— Сэм, а когда Марфа успела восстановить конечности? — спросил Романов. — Она же была против хирургического вмешательства.