Пожарский-1

Специально ушёл, потому что зол был настолько, что боялся перестать себя контролировать.

Портанулся я сюда, в этот схрон, и чуть не час бегал по комнатам, не в силах успокоить клокочущую ярость. В сердцах подумал, что, может, и правы были предки, когда девиц до магической академии не допускали? Женская магия – особая. Через наставниц должна передаваться. Втайне. Какую из магичек академии ни возьми – все как одна шалые. От вседозволенности дурят, что ли? А Ярена впереди всех! Надо ж напоследок так мозг вые... вынести!

А всё из-за чего? Ах, ты что, забыл, что при изготовлении именного оружия маг вкладывает в него часть своего опыта, создавая уникальный артефакт – и неизбежно проседает в возможностях? Ах, видите ли, только что за мной ухаживал архимаг – и вот он уже будет не архимаг! И чувства все внезапно испарились! Тьфу!

Теперь я настроен был сделать меч – из принципа! И не просто, а такого класса, на какой до сих пор никто не замахивался и в будущем вряд ли рискнёт, вот так!

Следующая неделя ушла у меня на подготовку материалов.

В мечи такого рода обязательно закладывалась вариативность, способность менять форму, а также самовосстанавливаться. Следовательно, материалов требовалось гораздо больше, чем на обычный меч. Укладывались они в сущность артефакта через технологию свёртывания пространства, и чем больше материала вы заложили изначально, тем больший ресурс получался у меча.

В итоге остановился на метеоритном железе. Его у меня было полторы тонны – вот, я всё его в меч и собрался впендюрить.

Потом я подумал, что если я сотворю меч не просто невиданно высокоуровневый, а волью в него часть своих чувств, души, то он персонифицируется, обретёт уникальные способности и воспримет мои умения. Такого точно не делал никто! Но для этого недостаточно металлов. И Горуш отправился в глубокие слои земли собирать алмазы, потому что, как сам он говорил, настоящие камни – они в самом сердце гор.

Я тем временем завис у доски. Рисовал меч – его парадную форму и различные варианты, от которых он мог бы отталкиваться в своих трансформациях. Да, я начал думать о нём, как о живом существе, во многом самостоятельном в своих решениях. А среди базовых форм были не только, собственно, мечи! Это было разнообразное оружие, и даже не вполне оружие, вплоть до посоха боярского*.