Пожарский-1

Около четверти часа продолжались внутренние переговоры, затем мы подписали договор о купле-продаже с подробной описью камней, после чего мне была предоставлена оплата: небольшая часть – пачками наличных денег, а основная – чеками банка (что удобно, того самого Земельного кредитного банка, в котором моё имение заложено). Может, матушка праправнука беспутная (или невесткой её для удобства называть, что ли?) не одна такая была, и у них тут повально принято имения в заклад оформлять? Оттого и чеки такое хождение имеют?

Шут его знает, да и неважно, в самом-то деле.

– Теперь второе дело, – я достал из кармана пару каплевидных рубинчиков. – Это нужно вправить в серёжки. Не особо тяжёлые, потому что носить будет девочка. Но и не простой гладкой формы. Мне бы хотелось что-нибудь затейливое, со сканью, с зернью. И неповторяющееся, – заметил я, увидев, что управляющий взялся за каталог.

– Что ж. В таком случае, к завтрашнему вечеру будут изготовлены несколько эскизов и направлены курьером в ваш особняк, чтобы вы могли определиться с выбором.

– Вот и славно.

И тут началась какая-то подозрительная суета.

10. САЛТЫКОВСКИЕ ПРИТЯЗАНИЯ

ЗАСУЕТИЛИСЬ

На столе управляющего загорелась маленькая красная лампочка. Из магазина раздались возмущённые голоса.

– Прошу меня простить, ваша светлость, одну секунду!

Сухонький дядечка выскочил в зал, не до конца прикрыв за собой двери. Голоса разом сделались громче. Все чего-то требовали. Одни – выдать кого-то, другие – убраться по-хорошему, покуда царская стража не явилась.

– Может, выйти да вмешаться? – негромко предложил Кузя.

– Сиди уж! Знаю я тебя, все витрины им поломаешь. При таких товарах у них своей охраны должен быть целый отряд, разберутся.

– А если не разберутся? – Кузьме явно хотелось выскочить да выпрыгнуть.

– Вот если не разберутся, тогда уж мы впишемся. А пока сидим. Чай пьём с лимонами да печеньями.

Меч только фыркнул.

Минут десять крики продолжались с разной степенью напористости, потом, вроде, стихли. Слегка взъерошенный управляющий поспешно вернулся в кабинет:

– Прошу прощения, ваша светлость! – он несколько нервно сжимал руки.

– Какие-то проблемы?

– Н-нет... М-м-м... Да. Да, проблемы. Мне-е... право, крайне неловко...

– Да говори уж прямо!

– Вас только что искали.

Ах, вот что за вопли были...

– С намерением, я так понимаю?

– М-м-м...