Дядя самых честных правил 5

Туман смыкался плотной пеленой, такой густой, что его можно ощутить под пальцами. Но я не ослеп и не потерялся — туман был прозрачен, позволяя “чуять” всё вокруг. Будто я волк или шакал, вышедший на охоту в свои угодья.

Едва я “принюхался” и освоился с новой ролью, как почувствовал далеко впереди добычу. В молочном мареве тумана она выглядела для меня как кроваво-красное пятно, манящее и беззащитное. Я завыл и рванул наперерез движущейся цели.

Преследование увлекло всё моё существо, не давая думать ни о чём, кроме неё.

Лапы несли меня по жухлой траве так легко и привычно, словно я охотился в этих угодьях уже тысячи и тысячи лет. Я был здесь хозяином, и ни одна добыча не могла от меня скрыться.

На мой азартный клич пришёл ответ. Где-то вдалеке послышался вой, и я сразу узнал его хозяина, волка по имени Тот-кто-открывает-дороги. Он желал мне доброй охоты, как старому другу. Я ответил ему приветственным тявканьем и рванул дальше.

Настигнуть жертву оказалось легче лёгкого. Но я не кинулся в атаку, а начал кружить вокруг неё, заставляя остановиться и ждать своей участи.

Душа замерла в центре пятачка свободного от тумана, оглядываясь и выставив перед собой руки в защитном жесте. Увидеть охотника добыча не могла, и только мои горящие алым огнём глаза появлялись в тумане то тут, то там.

— Выходи! Я не боюсь тебя!

Голос добычи звучал тускло, едва прорываясь сквзь стену тумана. Тем не менее я узнал её. Диего! Зарычав, я поднялся на ноги, отряхнулся, как пёс, и шагнул к ней.

— Ты?!

Она была и так бледна, а, увидев меня, стала совершенно белой. Руки её сжались в кулаки, в глазах отразилась ненависть.

— Не боюсь! Ты не властен здесь надо мной, некрот. — Отступив на шаг, мёртвая испанка затянула: — Nam et si ambulavero in valle umbrae mortis, non timebo mala…

— Умолкни.

На её плечо легла рука с тонкими пальцами. Диего тут же замолчала и будто выцвела, как старая фотография.

— Какой замечательный подарок. — Смерть обошла вокруг застывшей испанки, разглядывая, как музейный экспонат.

— Ты сумел меня по-настоящему удивить и порадовать. Редкая добыча! Тебе полагается щедрая награда, Костя.

Моя работодательница обернулась ко мне и улыбнулась. Я почувствовал, как в мои песочные часы сыплется чёрный песок. Лет тридцать, не меньше.

— Пожалуй, ты моё самое удачное приобретение за последние века.

Быть “приобретением” мне не слишком нравилось, но возражать я не стал: спорить со Смертью — не самая лучшая идея.