Звездюля: рождённый разгибать

Твоё тело скоро начнёт деградировать, так что вернёшься в могилу. Лови, – произнёс я и достал корнеплод из рюкзака.

– Это что? – спросил кролик и понюхал, поначалу отстранился с отвращением, а затем начал удивлённо втягивать всё больше воздуха, ловя аромат.

– Морковка. Но не обычная, а относящаяся к опасным. Она на три-четыре часа поднимает ступень съевшего его монстра. Минимум на одну, максимум до третьей. Но потом ты помрёшь.

– В смысле «я»? Не буду я её есть, умирать больно!

– А тут выбора мало, буквально нет.

Тело может протянуть и год, пока ты успешно охотишься и становишься сильнее, но ты адаптируешься к нему, станешь слабее. А так ты сумеешь повеселиться на третьей ступени. Представь, как ты будешь шугать вражеских магов… а ну не ешь!

– Ты ж сам уговариваешь.

– Когда появятся враги, тогда ешь. Не сейчас, – проворчал я.

Шестнадцать была предана своему хозяину, так что я исказил её восприятие и притворялся им.

Дополнительно я создал несколько рун, которые убьют её при нападении на меня, усадьбу или её жителей.

Либо она о нас что-то расскажет кому-то ещё.

Не люблю я рабские контракты, но фактически я просто отсрочил смерть этого человека.

Будь я сильнее, врагов можно было использовать куда проще. Просто стереть личную память, и пусть живут, как хотят на свободе.

В чём-то я понимаю превращение преступников в рабов, но только в том месте, где в обмен на воспоминание спасется жизнь и даётся второй шанс.

Рабство мерзко. Но нужно признать, что я двуличен.

Являясь магом души – порабощение врагов и монстров, искажение их разума и даже души – моё оружие. Глупо это отрицать.

Хотя сейчас моё тело склонно в первую очередь к свету, а без развития и особого понимания базовых стихий, я становлюсь ужасным слабаком, на уровне монстра-светлячка. Нужно всё-таки отправиться в школу для выбора развития.

Ночью да с помощью волшебницы, способной выкопать огромную яму мановением пальцев, трудности в нахождении алтаря не возникло.

Однако магическая формация предсказуемо имела охрану в виде куда более опасного каменного дракона и чуть меньших по размерам змей, но они атаковали самых опасных врагов.

То есть не меня.

– За что? Не-е-ет! – кричал кролик с морковкой, но корнеплод не ел, а пробовал отбиваться ушами.

Но за ним ползал только один каменный удав, все остальные противники атаковали Шестнадцать.

Я же спрыгнул в яму и достаточно быстро разобрался в управлении алтарём.