Династия. Бастард

С пониманием новой темы у меня не возникает никаких проблем. Как я уже сказал, и в прошлой жизни дружил с математикой. А теперь у меня свежий юный мозг, который впитывает знания, как губка. Легко и с удовольствием.

Мы с Андреем идём ноздря в ноздрю. К концу урока каждый зарабатывает ещё по четыре балла.

Чувствую, как в воздухе повисает напряжение. Одноклассники косятся на нас обоих. Они заинтригованы не меньше нашего. Кто же победит? Грозину придётся унижаться перед всей школой? Или Жаров будет вынужден уступить лучшее место в классе?

— К доске, господа спорщики, — с лёгкой иронией говорит Владимир Анатольевич.

— Записывайте уравнение. Необходимо вычислить сумму арктангенсов. Остальные — тоже решайте.

Мы с Андреем встаём у доски и приступаем. Мел не нужен, ведь доски интерактивные. Водишь пальцем — появляются надписи.

— Готово! — первым объявляет Жаров.

— Всё верно, — посмотрев на решение, кивает учитель. — Плюс балл. А вот вы ошиблись, господин Грозин.

Не может быть! Бегло просматриваю своё решение и действительно вижу ошибку.

Вот чёрт.

— Всё кончено, Сашок, — скалится Жаров.

Ничего не отвечаю. Пока что ничего не кончено. И я не имею права проиграть.

— Продолжим, господа. Записывайте новое уравнение.

На этот раз мы оба решаем верно, и получаем ещё по баллу. Однако у Андрея теперь есть преимущество. Если он так ни разу и не ошибётся — я проиграю.

— Я впечатлён, господа, — произносит Владимир Анатольевич. — Может, нам стоит постоянно проводить такие соревнования? Вы оба отлично работаете.

Что ж, давайте немного усложним задачу. Постройте график следующей функции.

Он подходит к доске и пишет уравнение, а мы с Жаровым приступаем к построению. Задачка и правда посложнее. Я прямо чувствую, как напрягается мозг, но не сдаюсь. Приходится как следует поднатужиться, но график, вроде, получается верным.

— Господин учитель! — вдруг раздаётся за спиной женский голос. — Жаров жульничает!

Я оборачиваюсь и сталкиваюсь взглядом с Анастасией.

Девушка поджимает губы и переводит взгляд на учителя.

— Что вы имеете в виду, госпожа Солнцева? — спрашивает тот.

— Он не знал, что делать дальше. Я видела, как он подсмотрел у Грозина.

— Это ложь, — цедит Жаров.

— А вот и нет! — наставивает Настя. — Все видели. Булатов, скажи!

Толстяк опускает глаза и что-то невнятно бормочет.

— Дамы и господа, я вынужден напомнить, что ложь недостойна дворян, — хмурясь, говорит учитель.