Провинциал. Книга 4

Целовать взасос... Вылизывать каждую ложбинку на её бархатистой коже... И наслаждаться её стонами, которые будут вырываться из её горла в такт ударам беспощадного тарана...

— Так, спокойнее, Паша, — Павел Лаврентьевич тряхнул несколько раз головой, пытаясь избавиться от липкого морока, обволакивающего его рассудок сетью потливых желаний.

Он вдруг с ужасом ощутил каменное напряжение в паху.

Взглянув на так и стоящую в дверях девушку он увидел, как в в бирюзовой глубине её огромных глаз кружится насмешливый хоровод весёлых искорок.

Она не отрываясь смотрела на предательски встопорщившийся на его брюках бугор, ясно и недвусмысленно обозначивший, какие именно мысли сейчас крутятся в его голове, и какие желания сейчас им безраздельно владеют.

— Гммм, — девушка многозначительно прочистила горло, — я, похоже, как-то не вовремя к вам зашла, извините, — а в глазах её прыгали и кувыркались огненные чертенята, — наверное, будет лучше, если сейчас я оставлю вас... Успокаивайтесь, приходите в себя, — и, уже в дверях, обернувшись, она сочувственно сказала, — как успокоитесь, дайте знать, доклад то мой вы так и не выслушали.

Дверь хлопнула, и, оставшийся в одиночестве Крыницын обессиленно рухнул в кресло.

— Ну, что же, все очень не плохо, — нарушил я тишину, воцарившуюся в комнате, — занятное зрелище, не правда ли?

— Да, — согласилась Истер, — а девчонка то молодец, умыла этого хлыща...

Ну да, кто бы сомневался, хе-хе. Все наши дамы, как одна, встали на сторону Алевтины. Женская солидарность, она такая.

— Ну да, — согласилась Светлана, — красиво она его. Но, как бы он теперь мстить не стал...

— Думаю, она знала, что делала, — успокоил я своих дам, — уж в чём-чём, а в бестолковости Алевтину Афанасьевну подозревать не стоит. Мне кажется, она знает, что делает.

— Всё это замечательно, — согласилась Истер, — а дальше-то что предпримем?

— А дальше... — я не смог удержаться от театральной паузы, — а дальше мы ещё пошерудим палочкой в этом, с позволения сказать, осином гнезде. И в роли этой волшебной палочки выступит.

— Так что, пора собираться? — деловито спросила она.

— Да, — времени, у нас, по моим расчётам, оставалось не так много, — в твоём распоряжении десять минут. И, знаешь, мундир не надевай, — я прищурился, обдумывая очередное мелкое изменение плана, а надень-ка ты...

Зара смотрела на меня, в ожидании продолжения.