Провинциал. Книга 4

— А что мне оставалось делать? — пожала плечами краснокожая, — я предполагала улучить момент, и попытаться удрать, выйдя из-под наблюдения своих конвоиров, но они не поленились вылезти из виманы, чем здорово осложнили мне жизнь.

— А что вас, сударыня, сподвигло так безрассудно сигануть в наш портал? — мне действительно было интересно, как наша чертовка к этому пришла, — ведь вы даже и предполагать не могли, что вас там ожидает.

— Ну, тут всё просто. Вы не ставили своей целью меня убить, вы просто отмахивались от меня, как от назойливого насекомого, что отвлекает от важных дел, а это значило, что с вами теоретически, можно было договориться, тогда как с нашим наместником договориться было невозможно по определению.

Он, в отличие от вас, был твёрдо настроен разделаться со мной, и, кроме того, ещё и постарался бы найти для этого самый болезненный способ.

— Ага, ну, я вас понял, — я посмотрел в глаза краснокожей, — тогда, давайте договариваться, что ли, — предложил я, улыбнувшись, — начинайте.

Краснокожая чертовка растерялась. К такому повороту беседы она, похоже, готова не была.

Да, она, скорее всего, продумывала, как и чем она может попробовать возбудить наш интерес к своей персоне. Но что бы вот так вот...

Хотя, глядя на неё я заметил, что она внутренне подобралась, и настроилась, скажем так, на борьбу.

Она была уверена в том, что если не докажет, что будет ну, о-о-чень нам полезна, то мы её просто выкинем.

А в чуждом мире без поддержки и без знаний об общественном устройстве долго не протянешь.

В этом случае ошибки неизбежны. А ценой этих ошибок может оказаться жизнь.

Ну, она судила так, наверное, исходя из тех порядков, что царили в том обществе, которое она покинула столь экстравагантным образом.

Там про гуманизм совсем не слышали, а если бы им кто и рассказал, то не поверили бы.

На самом деле, даже если у неё есть только навык работы с холодным оружием, в наличии коего мы с Семёном имели возможность убедиться, и более ничего, то мы всё-равно её куда-нибудь да пристроим.

Будет пользу нам приносить, никуда не денется.

Не даром наши древние мудрецы утверждали: "Каждый человек необходимо приносит пользу, будучи употреблен на своем месте"1.

Она, конечно, не совсем человек, но, я так думаю, что приведённое изречение и в её случае будет справедливым...

— Я умею... Как бы это сказать...

И выдала какой-то термин, которого в словаре нет. Я уставился на неё:

— Не понимаю, не знаю я такого слова.