Возрождение Феникса. Том 7

Мое лицо не меняет выражения. Да и я в целом не удивлен. Старый же трюк.

- Что?! Вы уверены? – выпучивает глаза Вринцев. – Появились достоверные доказательства?

- Беркутов – хаосит, Егор, - рявкает неизвестный. – Это точно! Я звоню тебе по секретной линии не просто так. Только я и ты имеем к ней доступ. У тебя нет оснований сомневаться в личности звонящего тебе.

- Я и не сомневаюсь, - ошарашенно отвечает статский советник. – Я спрашивал про совсем другое…

- А ты не спрашивай, а исполняй приказ! – обрывает подчиненного «Его Превосходительство».

– И мой приказ – убить Беркутова! Немедленно убить! Тебе ясен приказ, следователь пятого чина?!

Я аж весь подбираюсь. Такой экшен! Офигеть! Жалко нет под рукой ведра с печеными ушами болотопсов. Прямо фильм смотрю.

- Ваше Прев…

- За ним уже едет подмога, Егорыч. Преображенка вот-вот подвергнется нападению. Бесоновы отобьют Беркутова, а потом нассут в уши императору. Понимаешь, что это значит? Нас с тобой вздернут на виселице за превышение полномочий! Необходимо опередить Бесоновых.

- Как?

Я едва не усмехаюсь. Да понятно же, как. Эх, а еще статский советник.

- Грохнуть Беркутова и вскрыть его труп, - пауза. - Он ведь не слышит меня?

- Нет, вы не на громкой, - Вринцев внимательно всматривается мне в лицо. А я стараюсь делать вид, будто скучаю. Очень тяжело дается притворство. Ага, не Маска. Да к тому же жуть как интересно, поведется или нет.

-Хаосита легко определить, когда он мертв. Труп Беркутова нас спасет, Егорыч. Убей его!

Несколько секунд Вринцев интенсивно размышляет.

Видно в его глазах работу бешеной мысли. А потом он резко успокаивается. Настоящий вояка. Принял решение убить молодого пацана, и похрен на совесть.

- Вас понял. Сделаю, - статский советник кладет трубку и задумчиво глядит на меня. – Арсений, хотите кофе?

- Подобрели? Давайте капучино, - пожимаю плечом. – С карамелью и амаретто.

- Сейчас, - кивает Вринцев и встает.

Следователь отходит к кофемашинке на тумбочке за моей спиной. Мужик явно толком не слушал меня, потому что амаретто – это итальянский тридцатиградусный ликер, который вряд ли завалялся у него в серванте.

Просто он ухватился за повод подобраться ко мне сзади.

Я вслушиваюсь в звуки. Шипение горячей струи в кофемашине. Дерганье ручки. Шорох рукава кителя. Свист разрезаемого воздуха…

Быстро срываюсь в сторону и очень вовремя! Опустевшее кресло справа попадает в эпицентр маленького вихря или смерча. Причем воздушные кольца режут кожаную обивку, как наточенные ножи.