Последний из рода Бельских ТОМ I / ТОМ II

Хотя чего еще ожидать от слабаков!

– Виктор! – прикрикнула на него брюнетка. – Ты вообще, что несешь?! Разве так можно?!

– Извините его. – Она повернулась ко мне. – Он не понимает, что говорит.

– Что хочу, то и несу. Разве я лгу? – Он вопросительно посмотрел на меня.

Мне вдруг стало очень обидно, а после в душе поднялась какая‑то непонятная злость. Никогда такого раньше не ощущал. Видимо, это почувствовали мои новые знакомые, так как в воздухе повисло напряжение. Парень слегка побледнел.

– Нет, ты прав, – процедил я.

– Пытались уничтожить, но не уничтожили. Как видишь, я выжил. А насчет слабака… могу прямо сейчас доказать обратное.

– Так, мальчики. – В разговор вмешалась молчавшая весь разговор блондинка. – Думаю, мы действительно слишком далеко зашли. Виктор, извинись! – В ее голосе зазвучали стальные нотки, и сразу стало понятно, кто в этой троице главный.

– Приношу вам свои извинения, – неохотно буркнул парень, и в этот момент дверь комнаты номер 102 открылась. Оттуда выглянул пожилой человек с усталым лицом.

– Трубецкие, заходите, – произнес он.

Уходя, брюнетка мне подмигнула, остальные лишь кивнули. Правда, в глазах Виктора я увидел злобу. Похоже, заработал себе врага на ровном месте. Да ладно, одним больше, одним меньше… Угрызений совести или сожаления я совершенно не чувствовал.

Пятнадцать минут я провел, разглядывая картины, висевшие на стенах. В основном они изображали разнообразные батальные сцены побед имперской армии, но нарисованы были настолько мастерски, что любоваться ими, казалось, можно было бесконечно.

Но вот открылась дверь, и из нее вышли Трубецкие. Блондинка и парень прошли мимо меня, демонстративно не заметив, брюнетка же задержалась.

– Еще раз простите, Веромир, – попросила она меня. – Не держите на него зла.

– Да не держу я, – пожал плечами. – Вот он держит.

– Он на многих его держит, – улыбнулась она какой‑то открытой улыбкой. – Надеюсь, мы увидимся с вами в академии. Вас, кстати, приглашают, можете заходить.

– И я надеюсь, – неожиданно ответил я, сам не ожидая от себя подобного.

На прощание Вероника одарила меня улыбкой и отправилась к своим родственникам, которые остановились, ожидая ее.

Я же открыл дверь и, услышав: «Проходите» – вошел. Пожилой мужчина оказался начальником приемной комиссии. Представился он Иваном Фёдоровичем Адашевым. Помимо него в комнате находилась только секретарь, невзрачная девушка, которая, казалось, полностью спряталась за виртуальным экраном, за которым печатала.