Дельта. Вернувшийся из будущего

Яд не парализовал его, но ощутимо ослабил. И это продлится очень недолго.

Не отвлекаясь на ребят, я подскочил к кроту и ударил копьём по лапе. Так, чтобы его когти оказались рядом с его же грудью. После этого снова пнул.

Громкий визг резанул по ушам, но я был готов и повторил пинок. А затем врезал копьём по голове крота.

— Помогайте! — крикнул ошалевшим ребятам.

Думиса и Лианг подбежали ко мне. Они поняли, чего я добиваюсь, и пытались сделать так, чтобы крот снова себя поцарапал. Спустя несколько ударов зверь свалился на спину, раскинув здоровенные лапы.

— Он жив, — напряжённо заметил Лианг.

— Конечно, жив, — буркнул я, откидывая копьё. Сел к кроту и взялся за самый большой коготь на правой лапе. Тяжёлый.

Думиса и Лианг помогли поднять кротовью конечность. Я подтащил острие когтя к морде зверя и с силой налёг на лапу.

Тело Древесного Крота содрогнулось. Коготь, преодолевая сопротивление, с хрустом погрузился в висок зверя.

— Ну и когти у него, — пробормотал Лианг.

— Слушай, они ядовитые, да? И острые. Мы могли все умереть…

— Крот убит, — Думиса опустил лапу зверя и встал. — Что дальше?

— Ничего не произошло. Значит, нам мало убить зверя. Нужно сделать что-то ещё, — спокойно заговорил я, тоже вставая.

В прошлой жизни только через месяц люди узнали, как начать эволюцию. До этого вся информация была строго засекречена – сам я понятия не имею, когда именно появился первый Эвольвер. Армии стран тщательно скрывали эту информацию.

И только через месяц один счастливчик среди обычных людей, не военных, смог стать Эвольвером и рассказал всем в поселении.

Остановить распространение информации не удалось. А до этого момента подавляющее большинство людей не начинали эволюцию. Они убивали зверей, но не знали, что делать дальше. А трупы привлекают ненужное внимание – как людей, так и других зверей. Необходимо действовать быстро.

— Давайте сперва заберём когти. Они нам пригодятся.

Ребята молчаливо согласились со мной.

Я, Лианг и Думиса начали отрезать когти крота – с помощью когтей крота. Было неудобно, сложно, но дело шло. Когда первый коготь был отрезан, стало гораздо легче.

— Давайте вскроем зверя, — я коснулся острием нового оружия груди зверя и надавил.

— А мне его жалко… — пробормотала Мирослава. Она сидела на корточках рядом со мной и грустно следила за моими действиями.

— Мы в мире, где сильные едят слабых. Этот крот с радостью убил бы всех нас.