Псимаг-1 - Следы на воде

Знаешь, он на самом деле совсем не такой плохой, просто вспыльчивый немного. А когда он на взводе, говорит всякую чушь. А так он очень хороший. И заботливый. Знаешь, как бы то ни было, но я очень его люблю. Он заменил мне отца. И он правда любит меня, любит, как родную дочку, иначе он не стал бы так на меня злиться... Ты понимаешь?»

-         «Угу... понимаю», - сказал я. - «Насть, давай поговорим утром, а? Я жутко вымотался за сегодняшний день».

-         «Прости! Знаешь, я очень рада, что ты за меня заступился.

Но в следующий раз не вмешивайся, пожалуйста, мы с папой разберёмся сами. Хорошо?»

-         «Без проблем», - ответил я. - «Я уже и так это понял».

-         «Ну вот и хорошо!» - в голосе Насти послышались нотки облегчения. - «Знаешь, ты всё-таки самый лучший брат на свете! Я тебя люблю! Спокойной ночи!»

На этом Настя разорвала связь.

А я ещё несколько минут лежал и обдумывал её последние слова. Они были очень приятные.

            С этой мыслью я и уснул.

* * *

            Следующие несколько дней прошли довольно скучно. Вместо Насти меня взялась обучать бабушка, но у неё это получалось гораздо хуже. То есть, не то чтобы она знала меньше, а просто с ней мне было не так интересно. Мне не хватало моей сестры, её капризов и весёлого смеха.

Всё-таки я очень сильно привязался к ней за эти четыре недели.

            Саша, видя мою грусть, пыталась развеселить меня и даже перестала особо доставать со столовыми приборами. Я так и не запомнил назначение каждого, в лучшем случае, половины. Мы стали много гулять по окрестностям, купались в небольшом лесном озере и разговаривали обо всём на свете. С Сашей было интересно, она много знала, и с ней можно было обсудить практически что угодно, даже то, что я постеснялся бы обсуждать с кем-либо ещё.

Она стала мне настоящим другом.

            Ещё я стал много читать. Почти сразу после моего приезда бабушка подсунула мне целую стопку старых книжек по этикету и придворным манерам. Они оказались довольно скучными и написанными сухим языком, так что я читал их с большой неохотой.