Позывной "Князь" 4

— Возьмите себя в руки, Вероника Андреевна, — угрюмо сказал я. — Это хотя бы ваше настоящее имя?

— Да.

— А вы помните свое детство? — вдруг спросил я.

— Детство? — она непонимающе посмотрела на меня. — Плохо. Урывками. То ли на пожаре я наглоталась дыма, то ли память так решила меня защитить.

“Тоже попаданка, как и я? Интересно.”

— Хорошо. Тогда давайте текст клятвы и поскорее закончим с этим.

Она протянула меня раскрытую ладонь и сказала:

— Я, Рокотова Вероника Андреевна, клянусь не замышлять против Владимира Ивановича Эгермана дурного.

В воздухе над ее рукой появился едва заметный символ, такой же, что я видел, когда мы со Сливовым обменивались клятвами.

Я тоже протянул руку.

— Я, Эгерман Владимир Иванович, принимаю клятву Рокотовой Вероники Андреевны.

Появился второй символ, они переплелись друг с другом и тут же растаяли.

— Клятва принята, — упавшим голосом произнесла Рокотова и посмотрела на меня.

Мне показалось, что она явно ожидала от меня другой фразы.

— Нет. Разговор еще не окончен, — я не успел договорить, как за дверью раздались шаркающие шаги Ильи Сергеевича. — На этот раз вам повезло. Войдите!

— Ваше высочество, — бесстрастно проговорил дворецкий. — Вам письмо.

— Спасибо. Курьер ждет ответа?

— Думаю, что да. Приехала карета.

Я торопливо развернул послание и мысленно чертыхнулся. Пора собираться ехать к магам.

— Передайте ему, что я буду готов через пятнадцать минут, — сказал я Илье Сергеевичу и повернулся к Рокотовой.

— Да, ваше высочество, — она присела с поклоном и вышла из кабинета.

Я же набросал записку Лерчику и велел дворецкому, чтобы тот сразу же передал ее. А потом отправился в свою комнату, собирать вещи, не удостоив Рокотову и взглядом.

***

— Как вы думаете, Владимир Иванович, как они там живут? — Коровин смотрел в окно кареты.

— Думаешь, у них как-то по-другому? — усмехнулся я. — Такие же дома, улицы и рынки.

— А как же магия?

— А что магия? Будь они хоть десять раз могущественные, они все равно будут предпочитать спать под крышей, в теплой кровати и хорошо питаться.

Артем погрустнел. Мы ехали в большой карете, но места все равно всем не хватило. Чернышов с Гавриловым сидели на козлах, а со мной на диванах расположились Левков и оба Уколовых.

Воздушники, Игорь и Леонид, остались в управлении за старших. А где-то за каретой на лошади ехал Голубев.