Пожарский-3

Вы же понимаете, мы не могли его не принять...

Ярена сощурилась:

– А что, кто-то выступал против?

Все тут же начали бормотать, мол: не-е-ет, никто не против, все только за...

– У него отсутствовал магический потенциал, – заявил Болеслав, которому начала надоедать эта свистопляска.

– Что – совсем? – перекосилась Ярена.

– Да. Родовая магостатическая травма. Поэтому первоначально парня приняли на экономический. Но в конце лета он явился и подал запрос на перевод его на боевой. На удивление, продемонстрировал минимально необходимый уровень, двадцать единиц, – Болеслав решил отсечь лишние подробности.

– И как он теперь?

– Обычный студент. Лекции пишет. Практикумы только начались, преподавательница по огневой подготовке упомянула его в числе успешно выполняющих задания.

– М-хм. А травма от чего получилась? Вы говорили, у него отсутствовал потенциал.

– Последствия клановых войн, – Болеслав развёл руками. – История малоприятная.

Вот же сучьи потроха! Отвернёшься на какие-то жалкие полсотни лет – и всё, пиштец! Кто-нибудь чего-нибудь да наворотит.

– Что за род? – мрачно спросила Ярена. – И почему никто раньше не сообщил? Вообще-то круг архимагов клятву давал за родом Пожарских присматривать.

– Салтыковы.

– Посчитаться бы с ними, – пробормотала она.

– Боюсь, тут вас мальчик опередил. Главе рода нанесено тяжелейшее поражение, на род Салтыковых наложена крупная вира.

– Не поняла я... Как он смог, со своей двадцаткой?!

– Видите ли, некоторое время назад из хранилища Салтыковых сбежал разумный меч рода Пожарских, вот, собственно, с его помощью.

– Кузька?! Он жив?!

Преподаватели неуверенно переглянулись.

– Простите, но я не посвящён в тайну имени меча, – Болеслав заложил руки за спину.

– Уважаемая Ярена Васильевна! – прорезался ректор. – У нас есть целый ряд вопросов, связанных с этим студентом, а также несвязанных. В частности, в тренировочной зоне поселился леший...

– Это всё потом! – Ярена бодро вскочила.

И ЧТО – НИКТО?

Утро дня посвящения в студенты ничем не отличалось от всех других. Первые две пары – как обычно, учёба. Потом обед (расположивший мужскую часть обучающихся к шуткам в духе «война войной, а обед по расписанию»). И уж после обеда – песни, пляски, затейливые танцы с бубнами и показательные выступления старшекурсников. Не знаю уж, чем нас собирались поразить почти дипломированные маги.