Темный ратник. Факультет. Том 3

— Обитель отбр-р-р-росов! — рявкнул он. — Огромный древний город, когда-то занимаемый магами, а ныне занятый отбросами. На его руинах они отстроили свою новую столицу, своё тёмное Гнездовье. Население его разношёрстно. Там живут представители всех рас с чёрным райфу. Я видел Гнездовье только на рисунках Фонтея...

Заметив мою заинтересованность этой темой, он вздохнул и покачал головой.

— Кстати, вы весьма разозлили адами Фонтея своими расспросами о самом мрачном периоде его жизни. Мой вам совет, никогда больше не спрашивайте его об этом.

— Это...

— Никогда-никогда не спр-р-р-ашивайте! Понятно?

Пришлось кивнуть.

На самом деле от Фонтея отставать я не собирался. А если у него есть рисунки Гнездовья, то можно попробовать их найти.

— А что такое «защитные цепи»? — спросил я. — У Гнездовья, говорят, есть защитные цепи, которые не каждый способен преодолеть, чтобы войти в город.

В глазах Спиро вспыхнуло восхищение.

— О-о, защитные цепи. Это великая магия. Это их общая многоступенчатая защита. Она называется цепью, потому что состоит из звеньев.

Теоретически высчитано, что преодолеть эти барьеры можно с силой выше третьей высоты, но это лишь теория. На практике никто не даст гарантий, что вы всё-таки проникнете в город, не сломавшись на последнем или на первом звене.

Я нахмурился.

— А как их проходить? Что это? Что за барьеры?

Спиро тоже нахмурился.

— Вы так этим интересуетесь, будто сами собираетесь в Гнездовье.

— Э... ну... я с теоретической точки зрения.

— Как проходить защитные барьеры Гнездовья никто доподлинно не знает, потому что никто из магов их не проходил.

Точнее, пытались пройти, но вышло ли у них, неизвестно, потому что эти смельчаки не возвращались. Хм... вернулся только один, но он не говорит, как ему это удалось.

— Филат Фонтей?

— Да. И я ещё раз прошу не беспокоить его. Вы Филата в прошлый раз так разозлили, что он еле успокоился...

Дверь в зал вдруг приоткрылась, и к нам заглянул учитель Сато, тот самый, который показывал студентам, как «входить и прощупывать микронизмы» своих ратников.

Вспомнив об этом, я еле сдержал улыбку.

Внешне он был ещё забавнее профессора Спиро: лысый маленький старик с золотистым посохом с набалдашником из птичьей лапы. Подмышкой он держал подушку с вышитыми узорами.

— Прошу извинить, Соломон, — сказал учитель Сато. — Объявили внеочередное собрание преподавательского состава.

Он окинул взглядом пустой зал и, заметив меня, поморщился.

Потом указал посохом в мою сторону.