СССР 2010. Энергеты всех стран объединяйтесь!

— И как оно, корешей за тряпки сдавать?

— Ты базар-то фильтруй, — я мгновенно собрался, краем глаза контролируя обстановку, но глядя прямо в глаза Зёме. — За такие предьявы можно и на перо сесть.

— А что, скажешь, я неправ? — оскалился гопник. — Вчера тебя мусора за мокруху приняли, а сегодня ты весь такой красивый в импортном шмотье. Вот пацаны и интересуются, откуда подгон такой босявый? Уж не опера ли тебя теперь одевают?

— Кто интересуется, пусть подойдёт и спросит, — я тоже сплюнул прямо под ноги Зёмы. — А пока я вижу только фуфлогона.

Хочешь что-то конкретно предъявить — давай. В мусорне я был, не спорю. Приняли меня, всю ночь мурыжили, но лажанулись. Я им по губам поводил да свалил. А подгон откуда, так то не твоё дело. Кто ты такой, чтобы я перед тобой отчитывался?

— А Калёный знает, что ты ссучился, — презрительно усмехнулся Зёма. — Походу, он тебя за это отмудохал последний раз. А может, ещё и опустил? Так ты что, теперь проткнутый?

— Мля, а мы с ним ручкались, — поддержал главаря Крючок, который ещё вчера мне в рот заглядывал, чтобы новые песни записать, а сейчас вместе со всеми плевался, мол, зашкварились.

— Дурак ты, Зёма. — Мне стало смешно, и я улыбнулся во весь рот. — И доля твоя всю жизнь шестерить блатным. Сам же ты харчка не стоишь. Потому что натура у тебя гнилая, и других по себе судишь. Уверен, что ты сам мусорам барабанишь, только потому тебя обратно на зону не пнули. Но это ненадолго, и вот там тебя за ссученость точно проткнут.

— Ах ты, падаль! — взвизгнул гопник, ведь, судя по перекошенной морде, я попал в десятку, и ткнул меня прямо в живот.

Точнее, попытался. Раньше у него это, скорее всего, получилось бы. Я был слабее Зёмы, пару раз мы с ним бодались, и он выходил победителем, пусть и не без проблем. Но сейчас все его движения казались мне очень медленными. И я с лёгкостью ушёл от лезвия выкидного ножа, появившегося в руке. И тут же пробил боковой в челюсть, да так, что у гопника ноги подлетели выше головы, а сам он брякнулся на спину.

И тут же на меня кинулась вся свора.

Шпанята хоть и слабоваты, но их было много, а главное, блеснули лезвия ножей и заточек. Видимо, Зёма изначально не собирался отпускать меня целым, а то и живым. Знать бы ещё, кто его на это подбил, хотя что тут думать. Калёный, сука, больше некому. Но, чтобы решить вопрос с ним, нужно было для начала остаться живым и в идеале здоровым. В голове мелькнула мысль о новеньком костюме, но я задвинул её на задний план. Не время мелочиться.